– Кто здесь? – спросила донья Ремедиос испуганным голосом несколько в нос.
– Это капитан Линч, прекрасная сеньора… Я не хотел испугать вас, – ответил капитан, он вышел из сумрака деревьев и поклонился.
– Меня трудно испугать, сеньор капитан, – сказала она твёрдо всё тем же заплаканным голосом.
Капитан подошёл к ней и встал рядом в тени. Он улыбался её ребячливому ответу и надеялся, что она этого не видит. Скоро они заговорили о чём-то, о чём – капитан потом сразу же забыл. Кажется, он рассказывал ей о своих приключениях, а она ему отвечала и что-то спрашивала, потом они замолчали, потом опять заговорили, а над всей асьендой стоял запах цветущих то ли мандариновых, то ли апельсиновых деревьев.
Этот запах рос, ширился, поднимался к небу, кружил голову.
Скоро капитан понял, что вместе с запахом к небу поднимается и он сам, становясь нежным, невесомым, прозрачным, и неожиданно ему стало томительно, грустно и понятно, что надо поскорее уйти, но он не мог этого сделать, он только молил про себя, чтобы донья Ремедиос оставила его сама, молил, приблизившись к ней совсем, молил, вглядываясь полуприкрытыми глазами в её смутные черты и надеясь увидеть, различить в свете луны выражение её глаз, молил без всякой надежды, молил, чтобы она простилась с ним первая, потому что сил проститься и уйти самому у него уже не было…
Они проговорили до третьих петухов. Когда небо над патио стало светлеть, они скомкано, словно очнувшись, пожелали друг другу «спокойной ночи» и расстались. Не в силах сейчас спать, капитан решил пойти к Платону. Когда привратник открыл ему ворота асьенды, от стены отделился совершенно незаметный в этот предрассветной час Райвенук и бесшумно пошёл за его спиной.
Капитан остановился и повернулся к ирокезу, собираясь в который раз предупредить, что заходить к нему вот так неожиданно из-за спины опасно, но Райвенук поднял руку и сказал едва слышно:
– Молчи, Длинный Нож… Не раскрывай губ.
Не имея сейчас никакого желания спорить, капитан вздохнул и пошёл дальше.
****
Капитан вернулся от Платона, подошёл к своей комнате и увидел цыгана Сальвадора: тот выдвинулся к нему навстречу от тёмного прямоугольника двери, как смутная тень.
– Где вы были, сеньор капитан? – резко спросил цыган.
– Я проверял вахтенных, сеньор Сальвадор, – как ни в чем не бывало, ответил капитан и поинтересовался насмешливо: – А что?
Цыган явно не знал, что ответить.
Тут из комнаты доньи Ремедиос вышла служанка и торопливым шагом направилась по коридору в их сторону. Простодушное чёрное лицо её расплылось в улыбке, но в глазах, как отметил капитан, полыхала тревога. Служанка прошла мимо них, колыхаясь полным телом, и неожиданно постучала в дверь к доктору Леггу. Когда доктор открыл ей, она вошла к нему, а спустя время доктор вышел со своей сумкой и торопливо прошёл вместе со служанкой мимо капитана и Сальвадора, – даже не взглянув на них, – в комнату доньи Ремедиос.
Сальвадор опять отступил к стене и прислонился к ней спиной в ожидании. То же самое сделал и капитан, только по другую сторону коридора… «Интересно, кто-нибудь спит сейчас в этом доме», – подумал он, покосившись на Сальвадора: тот стоял с опрокинутым, жалким лицом, словно выдерживая нестерпимую немую муку.
Ждали они довольно долго. Наконец, в коридоре появился доктор – он вышел из комнаты доньи Ремедиос и, не глядя по сторонам, пребывая явно в задумчивости или даже в растерянности, медленно пошёл к себе. Сальвадор преградил доктору путь.
– Что вы там делали, мистер Легг? – резко спросил он, потом, видимо, осознав всю неуместность и странность своего вопроса, добавил: – Что случилось?
– А что могло случиться? – вопросом на вопрос ответил доктор, останавливаясь.
Губы Сальвадора закривились судорогой, он, не отрываясь, дурным взглядом смотрел на доктора. Вспомнив, как искусно Сальвадор владеет своим ножом, капитан встал между ним и доктором.
– Я вас заставлю отвечать, – сказал цыган доктору и занёс кулак.
– Ого, по-моему, это угроза, – проговорил совсем не испугавшийся доктор, он вроде бы даже не вышел из своей задумчивости.
Тут капитан схватил цыгана за запястье. Сальвадор даже не заметил этого, он по-прежнему глядел на доктора мстительно и ненавистно.
– Да, угроза… И более чем реальная, – ответил он и опять спросил: – Так что вы там делали?
Тут капитан, с силой отводя руку цыгана, спокойно произнёс:
– А почему бы вам не спросить об этом у самой доньи Ремедиос?
Сальвадор зло выдернул руку, но видно было, как он опешил: с совершенно потерянным видом, тихо шепча что-то сквозь зубы, он шагнул от доктора, потом, яростно сверкнув глазами, развернулся и скрылся в своей комнате.
Тут открылась ещё одна дверь, и в коридор вышел сквайр. Увидев доктора и капитана, он улыбнулся им и с большим удовлетворением произнёс:
– А я сегодня прекрасно выспался, господа… Впервые за долгое время. Даже цикады мне не мешали… Вот что значит спокойная, домашняя атмосфера. ****
Отрывок из романа Нины Запольской "Старая асьенда доньи Ремедиос" можно бесплатно прочитать в сборнике "4 трейлера о любви"