Римская скоропись, которая использовалась до конца 8 века во всех королевствах, основанных на западных землях Римской империи, с начала каролингского периода была заменена на крошечную рукопись. Тому доказательством палеография. И эта замена является ярким свидетельством того, в какой степени искусство письма было ограничено. На самом деле, скоропись характерна для цивилизаций, где письмо является неотъемлемой частью всех сфер общественной жизни, поэтому необходимость писать быстро, потому что писать надо много. Крошечный рукописный текст, наоборот, отпечатанный от руки, отвечает потребностям общества, в котором искусство письма стало монополией класса грамотных людей. Скоропись – для административных дел и торговли, а рукопись-для учебы. В их различии выражается контраст времени, одно когда письмо было широко распространено среди мирян, второе когда происходит присвоение искусства письма священнослужителями.
Одна из них соответствует потребностям торговли, а другая плохо адаптируется к ним. Подобно тому, как крошечный шрифт заменил скоропись в тот самый момент, когда экономический спад после мусульманского завоевания сделал торговца неграмотным, шрифт появится снова в течение 11 века, т.е. в то время, когда возрождение торговли вновь сделает письмо незаменимым для торговца.
Прибыль торговца будет больше, если он будет лучше сочетать покупки, более умело выбирать рынки сбыта и более точно рассчитывать свои шансы. Но для всего этого требуется большой объем знаний, многие из которых можно приобрести на практике и во время поездок, но которые будут дополнены инструктажем. Минимальный уровень образования должен был быть установлен для западноевропейских торговцев, когда после длительного застоя в 11 и 12 веках движение транспорта начало возрождаться и приводить к образованию первых городских агломераций. Затем, под влиянием возрождающегося трафика, класс профессиональных торговцев был воссоздан. Обмен и оборот товаров снова становятся источником средств к существованию. Все больше и больше людей отдаляются от обработки земли, чтобы наслаждаться новым видом жизни, который постепенно проникает во внутренние районы, от берегов Фландрии и окрестностей Венеции, где судоходство дало такую возможность. Города формируются в узлах транзита, привлекая к себе все больше бродяг и искателей приключений, предков буржуазии и реставраторов столицы. Уже в 11 веке значительные успехи были достигнуты самыми интеллигентными из них. Интеллект становится средством достижения богатства.
Как можно было предположить, что с тех пор фламандские купцы могли покупать и продавать шерсть и белье в Англии и давать взаймы значительные суммы денег всевозможным благородным клиентам, если им приходилось полагаться на свою память, чтобы узнать состояние своих долгов и дебиторской задолженности? Дела купцов 11 и 12-го веков, очевидно, слишком обширны и сложны , чтобы их могли себе представить простые неграмотные. Движение товаров и денежное обращение, которое они подразумевают, несомненно, требуют корреспонденции и отчетности, без которых они были бы невозможны. Несомненно, необходимость учета была для них даже важнее, чем для крупных землевладельцев, и невозможно себе представить, что они могли бы обойтись без переписки с внешним миром.
Поскольку школы существовали только в церкви и только для церкви, можно предположить, что среди первых купцов было много священников, которые, соблазнившись коммерческой жизнью, подошли к ней с преимуществами образования, полученного за совершенно другую карьеру. Но проследит взаимосвязь торговли и образования в средних веках все же трудно, по ряду объективных причин. Хорошо известно, что низкая степень церковной власти не являлась основным препятствием для светских профессий.
Почему священнослужители 11 века должны были воздержаться от попыток использовать возможности бизнеса в начале экономического и торгового возрождения, когда их было так много среди купцов в последующие столетия?
В любом случае, можно с уверенностью сказать, что на ранних этапах, если они не принимали непосредственного участия в торгах, они принимали в них косвенное участие. Благодаря знанию латыни и письма многие из них, несомненно, нанимались для ведения бухгалтерского учета и написания корреспонденции для торговцев. Не без глубоких исторических причин слово "клерк" на всех европейских языках стало употребляться применительно к клерку. Еще в середине 11 века члены Сент-Омерской купеческой гильдии имели в своем распоряжении "нотариуса", которого можно считать старейшим известным бухгалтером. Потому что не безрассудно думать, что его функции не ограничивались регистрацией "братьев" на роль компании, а скорее всего он сопровождал членов гильдии в их торговых экспедициях, в качестве бухгалтера.