Футбол я начал смотреть только в 2000-м — собственно, с того самого чемпионата Европы, на который сборная России не попала.
Но матч Россия - Украина прекрасно помню. Точнее, его последствия.
Утром 10 октября 1999 года брат вырезал из спортивной газеты фотографию Андрея Шевченко и с каменным лицом стал проводить обряд вуду. Он брызгал на фигуру украинского форварда мандариновой кожурой, колол иголкой и, кажется, в конце обряда сжёг изображение будущего обладателя Золотого мяча. По напряжению и изуверствам сцена ни в чём не уступала пыткам Уильяма Уоллеса в «Храбром сердце».
Последующие несколько месяцев слово «Шева» приравнивалось к ругательству и в нашем доме было под запретом.
Но, конечно, Филимонову от народа досталось больше и гуще. И с одной стороны — было за что, а с другой…
Я сквозь призму этого события с вашего позволения немного порефлексирую над незавидной долей футбольного вратаря.
Где ещё одна ошибка может перечеркнуть годы упорной работы? У пульта Чернобыльской АЭС? При запуске ракеты?
И пусть сам Филимонов утверждал, что истерика вокруг той роковой оплошности надумана — его карьера говорит об обратном: через два года продали из «Спартака», в киевском «Динамо» не закрепился, а «Уралан» и ФК «Москва» при всём уважении до уровня «Спартака» не дотягивали.
Может, потому вратари, для которых цена ошибки столь высока, часто оказываются не от мира сего, если не сказать — безумными?
Бывший вратарь того же «Спартака» Зуев повернулся на почве религии, а затем грозил на автозаправке травматом. Вратарь сборной Германии бросился под поезд.
В этом несоответствии ошибки полевого игрока и голкипера есть, конечно, огромная несправедливость, понять которую сможет только другой вратарь или очень близкий ему человек, который всю боль переживает вместе с ним.
Недаром вдова Льва Яшина, на которого спустили всех собак после поражения сборной СССР в четвертьфинале ЧМ-62, справедливо заметила по поводу злополучного матча против Украины: а что атака-то не забивала?
Всем добра!