Ари — свободная вастайи, которая от рождения связана с тайными силами Рунтерры. Из непокорной природной магии она формирует шары чистой, грубой энергии, которыми жонглирует с невиданной ловкостью. Прежде чем вытянуть из жертвы жизненные силы, Ари любит поиграть с добычей, манипулируя ее эмоциями. Хищница по натуре, Ари не чуждо сострадание, ведь она переживает обрывки воспоминаний каждой из поглощенных душ.
Ари ничего не помнит о своем происхождении и семье — совсем маленькой ее бросили в снежных лесах северной Ионии. От прошлого у нее осталась лишь пара одинаковых самоцветов. Голод привел девочку в стаю ледяных лисиц: она присоединилась к ним прямо во время охоты, а когда охота была окончена, звери приняли Ари в свою стаю. Лишенная наставника, который обучил бы ее основам магии вастайи, Ари просто следовала инстинктам. Она научилась впитывать волшебство из окружающего мира и метать разрушительные шары; а еще улучшать магией свои рефлексы, чтобы мастерски настигать и убивать свою добычу. Если ей удавалось подобраться близко к оленю, она могла погрузить его в состояние столь глубокой безмятежности, что животное не шевелилось, даже когда Ари вонзала зубы в его плоть.
Первая встреча лисицы с людьми произошла, когда отряд иноземных солдат встал лагерем неподалеку от ее логова. Поведение людей изумило Ари, и она стала с любопытством наблюдать за ними издалека. Ее внимание привлек охотник, который, в отличие от своих расточительных товарищей, находил применение каждой части убитых животных, как это делала Ари и ее лисья семья.
Внезапно в охотника вонзилась стрела, и Ари физически ощутила, как вытекает его жизнь. Не вмешиваясь в бой людей, она лишь инстинктивно впитала силу, покидавшую тело охотника — и увидела обрывки его воспоминаний. Его возлюбленную, погибшую в бою; его детей из удивительной страны железа и камня. Ари осознала, что может изменить его эмоции — от страха и горя до радости, — и умирая, он видел созданный ею образ залитого солнцем луга.
Ари никогда не чувствовала себя настолько живой, как в тот миг, когда впитала жизнь охотника. В восторге от новых ощущений, она решила отныне быть ближе к людям... и стала странствовать по Ионии в поисках новых жертв. Ей нравилось играть с добычей, тасуя ее эмоции, прежде чем поглотить жизненную силу. Ари заполняла сознание жертв красивыми образами, страстными желаниями, а порой — наваждениями, полными неизбывного горя.
Она пьянела от чужих воспоминаний и с радостью уходила в чужие жизни с головой. Глазами своих жертв Ари видела, как те приносят клятву верности в храме тени; совершают подношения воплощению солнечного бога; встречают племя вастайи, которые говорят только на языке песен; любуются невиданными ею горными пейзажами. Снова и снова окунаясь в дразнящие воспоминания, Ари с замиранием сердца переживала радостные минуты чужих жизней и плакала, наблюдая, как ноксианские захватчики истребляют целые деревни в Ионии.
Каково же было ее удивление, когда из чужих воспоминаний Ари узнала легенду о зловещем демоне в виде лисицы... С каждой следующей жертвой, чью жизненную силу она поглощала, дикая вастайи все сильнее отождествляла себя с людьми. В определенный момент Ари начала чувствовать себя наполовину человеком и испытывать вину за то, что прервала так много жизней. Ей стало страшно, что мифы о демонической лисе правдивы — и она всего лишь жестокое, бесчеловечное чудовище. Но если Ари пропускала охоты и не питалась чужими эмоциями слишком долго, ее силы таяли, и вастайи волей-неволей приходилось искать новую жертву, чтобы не погибнуть самой.
Ари искала способ обуздать свою сущность, и пыталась контролировать себя, поглощая лишь частицы жизненной силы. Достаточные, чтобы принести ей пару воспоминаний, но не убить при этом жертву. Какое-то время ей это удавалось, но вечный голод терзал ее все сильнее, и однажды жажда оказалась сильнее разума. Тогда внутри Ари проснулся необузданный хищник, и она выпила мечты целой деревни на побережье.
Измученная чувством вины, Ари не могла простить себя. Печаль пустила корни глубоко в ее душу и заставила задуматься о смысле собственного существования. Стремясь обуздать нестерпимый голод, она оставила мир людей и нашла уединение в сердце лесной чащи, в темноте подземных пещер. Убийства прекратились. Прошли годы, и Ари вернулась в мир измененной. Теперь она была готова увидеть все грани жизни — своими глазами. Иногда лисица отпивает по несколько глотков от силы других людей, но больше не поглощает жизни целиком. Парные самоцветы остались единственной ниточкой в ее прошлое, и Ари взялась за нее, отправившись на поиски подобных себе. Больше она не станет полагаться на чужие воспоминания и заимствованные мечты. Отныне это только ее жизнь.