Продолжение. Начало в первой части.
«Единственно из страсти к золоту и в надежде на добычу гунны, — говорит греческий историк того времени Агафий,— заключали союзы то с теми, то с этими, то опять с другими, чтобы вновь перейти на противоположную сторону. Ибо уже часто они боролись совместно с римлянами, также часто совместно с персами, когда они вели борьбу между собой, и в короткий промежуток времени гунны примыкали к тем и другим и предлагали им солдатскую службу». И остроготские короли не раз нанимали на военную службу гуннские отряды, используя при этом одни гуннские племена против других.
Таким образом, задолго до гуннского нашествия между остроготами и гуннами возникли довольно частые сношения. Поэтому земли за Доном совсем не были для гуннов неожиданно открытой страной, как утверждает следующая легенда.
Однажды гуннские охотники преследовали антилопу. Она привела их на берег пролива, отделявшего Азовское море от Чёрного и считавшегося ранее у гуннов непроходимым. Антилопа бросилась в пролив и поплыла. Увлечённые преследованием охотники последовали за ней и достигли другого берега. Здесь нашли они обширную и богатую страну и поспешили вернуться, чтобы сообщить соплеменникам о своём открытии. По указанному ими пути гунны пошли на запад, обрушились на готов и победили их. В действительности не таинственная антилопа (вдобавок, антилопы никогда не водились у Азовского моря), а сами остроготские короли, приглашавшие гуннов к себе на службу, показали им путь в свою землю.
По видимому, в походе на остроготов участвовали не большие гуннские племена, а только «стремившиеся постоянно к чужому добру» отдельные дружины гуннов, во главе которых стоял предводитель Баламбер. К ним присоединились искавшие случая повоевать и пограбить отряды из других племён.
Момент для нападения был выбран удачно. Волновались недовольные игом остроготов подчинённые им племена. Среди самих остроготов не было согласия. От короля Эрманариха отпал один из племенных князьков. Из мести Эрманарих велел казнить его жену, привязав её к хвосту лошади. Братья казнённой, мстя Эрманариху, нанесли ему тяжёлые раны. Захирев, король влачил жалкое существование. Его бессилием и воспользовался Баламбер, пошедший со своим войском на остроготов. Эрманарих, которому было больше 100 лет, тяготясь своим бессилием в таких опасных обстоятельствах, наложил на себя руки. Смерть короля дала гуннам преобладание над остроготами. Преемник Эрманариха пал в битве, остроготы были побеждены, перебиты, обращены в рабство, изгнаны из своих владений, ограблены. Оставшихся в живых остроготов гунны заставляли служить в своих войсках, увеличив таким образом свою воинскую силу.
В жажде новой добычи, упоённые успехом, двинулись гунны дальше к западу. Тщетно пытались визиготы, устрашённые судьбой своих восточных соседей, оказать гуннам сопротивление.
Визиготы были разбиты и вынуждены искать спасения в бегстве. Они сумели убедить римское правительство отвести им землю на территории империи и переселились за Дунай, причём обязались поставлять солдат в римское войско.
Только достигнув предгорий Карпат, гунны на время прекратили дальнейшее движение на запад. Теперь их кочевья простирались от Карпат до Дона, но главным образом они расселились на месте прежних поселений остроготов. Гунны по прежнему не были объединены в одно государство, а разделялись на отдельные племена, управлявшиеся своими князьями.
В начале V в. среди князей гуннов стали выделяться более могущественные цари, которым удалось более тесно сплотить под своим предводительством отдельные гуннские племена и от неорганизованных грабительских набегов на римские земли перейти к большим завоевательным предприятиям.
Царь Руа (в первой трети V в.) отнял у римлян придунайские провинции. Таким образом, гунны сделали новый большой шаг на запад, где они приобрели населённые и культурные земли. Однако самым важным было то, что гунны получили на большом протяжении общую границу с римлянами и могли грозить Восточной и Западной римским империям.
Уже Руа понял выгодность своего положения. Тревожа ослабевшую империю постоянными набегами, он добился выгодного договора с восточным и западным римскими императорами.
По обычаю, определявшему тогда отношения , римлян с варварами, гунны были признаны «союзниками» (федератами) империи, а Руа — их вождём. Восточный римский император обязался платить Руа 350 фунтов золота в год, а западный император признал его права на захваченные придунайские провинции.«Союз» с римлянами нисколько не мешал гуннам грабить империю, захватывать добычу, уводить в рабство пленных.