Нет, я не про страх смерти или страх жизни, полной голода, горя и унижения, я про страх взрослого уже человека перед детскими учреждениями. Школа, если в школе Вам наносили моральный или физический урон, остаётся, я уверен, до смерти, служба в армии, если ободрала душу, тюрьма, я уверен, уж точно. В тюрьме, слава Б-гу, я личного опыта не имею, а в Советской Армии честно оттрубил два года.
Очень быстро в суете и круговерти жизни, особенно жизни студента медвуза, довольно насыщенной и многотрудной, всё забывается. Уходят солдатские привычки, выжить без которых в казарме не возможно, словечки из сокровищниц солдатского юмора, и к концу обучения превращаешься во вполне докторообразное существо без привычек и словечек, так необходимых в казарме. А в самом конце обучения, не знаю как сейчас, а раньше были летние военные лагеря месяца на два. Так вот, переодеваясь в солдатскую гимнастёрку, и ловко, руки-то не забыли, накручивая портянки от большого пальца, я вдруг, поправляя ремень и пило
