Написать эту статью меня подтолкнула другая статья, которую я прочитал в Дзене. Автор ссылается на мемуары Поляновского Ю.М., во время войны воевавшем на танке Т-34.
Вот интересующий нас отрывок из этих мемуаров:
"...- Хотите я вам расскажу еще одну историю? В свое время появились "королевские тигры". И был случай, когда младший лейтенант Осин, как его потом прославили "победитель "тигров", из Т-34, с короткой 76-мм пушки, подбил сразу три "Тигра". Этот Осин закончил училище вместе со мной. Он уже стал Героем Советского Союза. Мы с ним на Соколе учились, когда я только из лагеря пришел. Я говорю: "Слушай, ну мне-то ты скажи по- совести, как ты мог подбить трех "Тигров" и сам при этом не получил ничего"? И он мне рассказал, как это было. Был бой, в котором Тигры не участвовали. Его танк получил повреждения - слетела гусеница. И там этот танк на одной гусенице развернуло боком и он сполз в небольшой овражек. Экипаж начал заниматься гусеницами. Танк стоял так, что над краем овражка торчала только башня. А перед ним поле и немцы в это время пустили этих трех Тигров. Он, молодец, не растерялся, хоть он во время учебы больше сидел на гауптвахте, чем учился. Тигры стояли к нему боком и его достать не могли потому, что он был в мертвой зоне. Они рядом шли. Вот он по заднему Тигру выстрелил, пробил бортовую броню - тот загорелся. Потом развернул башню и выстрелил по переднему - занялось, а потом добил средний танк. Он молодец, смело поступил, отлично стрелял, но не рисковал ничем. Потом он действительно подбил три "Тигра", но это было потому, что его танк был недвижим. Он мне всё это рассказал в январе 45-го года."
Однако, рассказанная Поляновским история расходится как с официальной версией, так и с тем, что рассказал мне тот человек, профессиональный танкист с большим стажем, кстати. Кроме того, в самом описании уже кроются три ошибки - Оськин, а не Осин, воевал он на Т-34-85, а не на Т-34-76, и бой начался на рассвете, а не в продолжение предыдущего боя. Поэтому я и решил её озвучить.
Сразу скажу, что доказать написанное я не могу, и человек, который рассказал мне эту историю, уже ушел из жизни. Поэтому и имени его я называть не буду. Итак:
Рассказал им эту историю сам Оськин, когда рассказчик учился после войны, а Оськин был у них преподавателем. Однажды Оськин пришел на занятия с похмелья, и выглядел не лучшим образом. Группа на перемене организовала ему под стол пивка, и Оськин заметно ожил. Он предложил провести занятие в свободном ключе, и предложил задавать вопросы.
Разумеется, группа прекрасно знала, кто такой Оськин и что он совершил. Поэтому вопрос именно этот и был задан - расскажите как всё было?
Начало истории Оськина полностью совпадает с канонической версией:
"Вспоминает командир 53-й гвардейской танковой бригады В.С. Архипов: «Перед нашим левым флангом (батальон Коробова) вся местность на виду. Зато на правом фланге (батальон Мазурина) есть глубокая и широкая лощина, по которой из Оглендува к Сташуву, пересекая передний край, тянется полевая дорога. За лощиной, где занимала оборону стрелковая часть, танки не пройдут — там болото. Значит, надо плотно прикрыть огнём выход из лощины. Решили поставить несколько танков в засаду. Есть неофициальный термин: “заигрывающий танк”. Его задача — заставить вражеские танки развернуться так, чтобы они подставили борта под огневой удар главных сил обороны. Эту роль мы поручили группе танков из батальона Мазурина. Возглавил группу — два средних танка и один лёгкий — заместитель комбата старший лейтенант П.Т. Ивушкин. Туман мало-помалу рассеивался, тянулся уже клочьями. Ивушкин доложил: “Танки пошли. Не вижу, но слышу. Идут лощиной”. Да я и сам слышал этот низкий, приглушённый откосами лощины гул. Приближался он очень медленно, нервы напряглись, чувствую, как капли пота катятся по лицу. Каково же им там, впереди?! Но копны были недвижимы."
На этом сходство заканчивается. Дальнейшее повествование уже обработали фронтовые журналисты, и именно в этой обработке мы и знаем историю того боя. Вот типичные пример той обработки:
" Глаза были прикованы к выходу из лощины. Чудовищных размеров танк выбирался из неё. Он полз на подъём рывками, буксуя в песке."
На самом деле, "Королевский Тигр" по внешнему виду и размерам был сопоставим с давно известной на фронте "Пантерой". И двигатель у них был идентичный, а следовательно, и звук при движении танки издавали вполне схожий. Поэтому неудивительно, что Оськин принял "КТ" за "Пантеры". Это для впервые прибывшего на фронт журналиста подбитый КТ, который ему показали, был "чудовищных размеров танком".
Тут надо сделать небольшое отступление. Давно известно, что безбашенные герои долго не живут. Оськин был танкистом опытным и грамотным, поэтому он заранее предусмотрел пути отступления. За его позицией в стогу сена протекал ручей в небольшом овраге - это и был план отхода.
Дальше опять по написанному. Один за другим из лощины выползли два танка, растянувшись на довольно большую дистанцию. Когда Оськин открыл огонь, третий танк только начал выбираться из лощины.
Оськин открыл огонь по головному танку, будучи в полной уверенности, что это Пантера. И был крайне удивлен, что с такой дистанции и под таким углом снаряд не пробил борт танка, а ушел рикошетом.
Его тут же заметили. Танки не прекратили прямолинейного движения, но начали разворачивать башни в его сторону. Когда заряжающий забросил в казенник новый снаряд, башня головного Тигра была почти перпендикулярна линии огня. И Оськин попал в борт башни. Тигр остановился и загорелся.
Оськин перебросил линию огня на средний танк, ствол орудия которого смотрел уже почти на него, выстрелил одновременно с командой - полный назад! Краем глаза увидел, что и третий танк уже выполз из лощины и в него целится.
Результата попадания он не видел. Вероятность того, что он попал в борт Тигра и пробил его с такой дистанции и под таким углом - очень высока, но не видел. Возможно потом был осмотр боя, нашли этот танк, и комиссия выяснила, что это всё же его рук дело. Но сам он гарантировать этого не может.
"Тридцатьчетверка" на полном ходу задом влетела в овраг, где наглухо застряла. Экипаж оставил танк и пешком пришел на КП, где и доложил, что атакуют новые немецкие танки.
Ситуация осложнялась тем, что после выстрела Оськина на немцев обрушился град снарядов - по наступающим работали больше ста стволов всех калибров.
Третий танк Оськин подбить не мог - он в него даже не стрелял. Не говоря уже про раненый четвертый.
Такую вот историю рассказал тот танкист. Если не ошибаюсь, всего в том утреннем бою было уничтожено семь КТ.