"Я заметил металлическую серую сигару или, возможно, диск с прозрачным пузырьком сверху».
Так, известный французский уфолог Жак Валле напомнил о своем опыте наблюдения за "летающей тарелкой" - термином, который использовался в первые годы уфологических исследований. Это наблюдение 1955 года оставило на нем глубокий след и заставило его понять, что ему "навсегда будет стыдно за человеческую расу, если мы просто проигнорируем "ее" присутствие".
Этот опыт, мужественно сказанный Жаком Валье, не является уникальным. Значительное число первопроходцев французской уфологии испытали на себе те же самые события, чувства, эмоции. Они очень часто формируют импульс, мотивирующий или катализирующий их интерес к исследованию этих увлекательных явлений, и было много других, особенно на фоне ярко выраженного интереса к космосу.
Уфологи, опасаясь, что такое признание нанесет ущерб их репутации и имиджу, обычно не желают признаваться в том, что они видели что-либо необычное. Однако, такая ситуация была довольно распространена, особенно с первым поколением французских уфологов, которые начали изучать летающие тарелки - также известные как MOC (таинственные небесные объекты) - между концом 1940-х и концом 1960-х годов. Эти события оказали такое влияние на наблюдателей, что порой они могли радикально изменить свою точку зрения. Таким образом, многие свидетели, утверждавшие, что никогда не верили в НЛО, всегда считали, что это были галлюцинации или природные явления, признавались, что после столкновения с НЛО они полностью изменили свое мнение относительно данного научного явления.
До Жака Валле Раймон Вейли, один из первых французских ученых, что начал заниматься этой проблемой после дальнейших наблюдений. В статье, посвященной его смерти, говорится, что этот первопроходец "заинтересовался проблемой, потому что сам рассказал о своем наблюдении". Для Рэймонда Вейлита это событие привело к его участию в первых организациях и к созданию журнала LDLN, который оказал глубокое влияние на всю французскую и даже международную уфологию, так как группа LDLN собрала тысячи членов и читателей со всего мира и на протяжении десятилетий содействовала исследованиям НЛО.
По словам социолога Пьера Лагранжа, такой же путь прошел и другой директор организации - Мишель Моннери. Эта версия, похоже, подтверждается письмом Мишеля Моннери на имя Эме Мишеля. Мишель Моннери оказал глубокое влияние на гексагональную уфологию в целом, потому, что он сыграл важную роль в управлении LDLN и, прежде всего, потому, что он был одним из главных оппонентов в споре, который впоследствии разорвал на части сообщество любителей НЛО.
В то же самое десятилетие Мишель Фигуэ столкнулся с аналогичным опытом. На военном корабле, затем на борту подводной лодки, он наблюдал на Мартинике - вместе с другими свидетелями - большую сферу, движущуюся в небе. Это было 20 сентября 1965 года, когда ему было 22 года. С тех пор он будет вкладывать время и хорошие деньги в исследования НЛО и вступит в исследовательскую комиссию Друм-Ардеш Ассоциации друзей Марка Тируана (ААМТ). Он также провел большое количество конференций во Франции и за рубежом. Это наблюдение послужило толчком к его назначению и позволило ему стать автором двух книг, включая каталог точных наблюдений НЛО во Франции, который до сих пор является уфологическим справочником.
Примеры, подобные приведенным выше, можно было бы умножить, хотя, к сожалению, информация, имеющаяся в их поддержку, иногда поступает из вторичных источников. Наблюдатели НЛО становились свидетелями бы таких «тарелок» как и уфологи, такие как Анри Шалупек, Шарль Гарро, Жан Тиро, Жоэль Меснар, Рауль Робе. Даже Эме Мишель, важная фигура в шестиугольной уфологии, видел бы летающую тарелку, если бы верил Жаку Валле. Помимо уфологов, известные "контактировавшие" люди, такие как Пьер Монне, утверждали, что на них оказало влияние подобное явление, и они создали литературные произведения.
В конце концов, кажется, что уфологи часто делали первые наблюдения, которые оказали решающее влияние на их "карьеру". Похоже, что такая ситуация чаще встречается на ранних стадиях изучения уфологии молодых ученых в целом и «тарелок» в частности, чем у уфологов последующих поколений. Этот первый контакт с «тарелками» внес значительный вклад в динамику уфологии, так как эти особые свидетели позднее вошли в организации, стали исследователями, стали директорами журналов, изобрели новые методы исследования, основали группы, написали книги, прочитали лекции и совершили много других действий.