Этот блог посвящен тому, как одеты герои литературных произведений, и, продолжая тему сопоставления московских и петербургских мод в романе, мы уже поговорили о том, почему у Элен мох и плющ на платье, а теперь поговорим об одежде москвичей.
С мужскими персонажами в романе всё несколько сложнее, чем с женскими: они более мобильны, и уж в 1806 году их точно очень сложно приписать к тому или иному городу. Из столицы в Москву и обратно мигрирует Пьер, молодой Болконский вообще пребывает за границей, москвич Николай Ростов приезжает на побывку в Москву из действующей армии - и поражает всех своей выправкой даже более, чем Пьер поражает модным фраком и отросшими волосами.
Сложно приписать к Петербургу или Москве и старого князя Болконского: екатерининский вельможа (как и старый граф Безухов), он был удалён из столицы ПавломI, мог вернуться обратно при АлександреI - однако, не пожелал более жить в Петербурге и остался в своём подмосковном имении. О том, что у Болконских остался дом в Петербурге, свидетельствует место жительство Андрея в начале романа, но при необходимости жить в городе, сам старый князь выбирает Москву. Прототипом дома Болконских в Москве считается дом по адресу Воздвиженка, 9.
Старый князь Болконский продолжает одеваться по моде примерно 1770-х - 1780-х годов. Он носит пудреный парик с косицей и кафтан: " Князь ходил по-старинному, в кафтане и пудре".
" — А! Воин! Бонапарта завоевать хочешь? — сказал старик и тряхнул напудренною головой, сколько позволяла это заплетаемая коса, находившаяся в руках Тихона".
К слову, мужские парики во второй половине 18 века были самые разные. Некоторые типы париков даже ассоциировались и продолжают ассоциироваться с тем или иным родом деятельности. Люди военные чаще всего носили парики с одной длинной косой (или "поросячьим хвостиком", как еще их называли), а вот судьи до сих пор носят парики пышные, без кос - как того требовали правила всё того же 18 века.
Однако, в Москве, в Английском клубе, мы снова встречаем мужчин в париках! Стоит 1806 год, Москва чествует Багратиона.
"3-го марта во всех комнатах Английского клуба стоял стон разговаривавших голосов, и, как пчелы на весеннем пролете, сновали взад и вперед, сидели, стояли, сходились и расходились, в мундирах, фраках и еще кое-кто в пудре и кафтанах члены и гости клуба".
Однако не стоит думать, что в Москве прямо все мужчины так отставали от моды. Вот, к примеру, молодой граф Ростов.
"Николушка, заведя своего собственного рысака и самые модные рейтузы, особенные, каких ни у кого еще в Москве не было, и сапоги самые модные, с самыми острыми носками и маленькими серебряными шпорами, проводил время очень весело".
Действительно, ну чем еще щеголять молодому военному Николаю Ростову. Понятно, что ему роднее всего сапоги и рейтузы - предметы одежды, необходимые для верховой езды.
В 1802 году в гусарский обиход вошли серые из шерстяного сукна, подшитые по внутреннему шву кожей кавалерийские комбинезоны (штаны, продолжающиеся ввeрх от пояса до подмышек и держащиеся на помочах). Отличались армейские рейтузы 18-ю пуговицами на внешнем шве: там, где позже стали пришивать лампасы. На маневрах пуговицы так и летали в разные стороны - вот почему их и отменили в пользу лампас.
По поиску "брюки для верховой езды" легко находятся куда более щегольские рейтузы, и которые почти комбинезон, и которые на помочах, и в Англии, и во Франции, и в разных оттенках белого, кремового и бежевого.
К сожалению, автор не рассказывает, чем конкретно были так замечательны рейтузы Николая Ростова - но одно ясно: какими бы они ни были, это, судя по картинкам, было круто! И конструкция, и материал.
Чуть позже в рейтузы - они же лосины - облачился главные денди эпохи, красавчик Браммел. И он придумал пришивать к ним штрипки для того, чтоб штанины нигде не морщили и красиво облегали не менее красивую ногу красавчика. Но это уже другая история.
Подписывайтесь на мой канал "Мода в книгах", я вам еще панталоны Ипполита Курагина задолжала!