Начало истории
— Нет! — вскричала Змеетта, глядя как исказившееся от страха лицо колдуна ушло под землю, — Лажан!
Колдунья бросилась на помощь, ловко перепрыгнув через заросли гигантского папоротника. Остальные застыли в замешательстве. Кроме принцессы Уморы. Она скрылась в кустах вслед за колдуньей.
Маленькая принцесса увидела следующую картину: Лажан вцепился в длинную тонкую лиану, что пустило дерево, росшее рядом, и висел над черной пропастью.
— Хватайся, давай! — грозно рычала Змеетта, тыча в него своим посохом. — Я вытяну тебя!
— Я не могу, — пискнул Лажан. — Упаду.
Умора побагровела.
— Ты же колдунья! Как ты используешь свой посох? Просто стукни по земле, пробормочи что-то на латыни, и чудо произойдет!
— Что такое латынь?
— Неважно. Колдуй!
Змеетта сердито оскалилась.
— Пусть учится выживать без магии. Ты только посмотри на него! Беспомощный. А что если в следующий раз меня не будет рядом?
— Я вообще-то здесь падаю, — умирающим голосом напомнил о себе Лажан. Его руки страшно скользили, и он цеплялся за лиану из последних сил.
Умора зажмурилась. Змеетта со вздохом стукнула посохом о землю, когда Лажан с истеричным визгом сорвался. Через секунду он лежал у ног Змеетты в траве и никак не мог отдышаться.
Змеетта брезгливо поморщилась.
— Неудачник.
Умора улыбнулась. Она-то видела, как Змеетта рванула спасать колдуна. Позабыв обо всем. В том числе и о собственной безопасности. А это что-то да значит.
"И зачем только люди претворяются равнодушными? — подумала принцесса. — Будь они честны с другими, жизнь была бы гораздо проще".
В папоротнике показалось недовольное лицо Шарады.
— Мы идем в королевство или нет?
— Вообще-то у нас тут небольшие проблемы, — ехидно ответила Змеетта. — Кое-кто чуть не умер от страха.
Лажан покраснел. Шарада закатила глаза. Потом встрепенулась и подбежала к самому обрыву.
— Вы слышите это? — взволнованно спросила она.
— Что?!
— Музыка.
Змеетта с наигранной тревогой посмотрела на Шараду, дескать, совсем девочка спятила?..
А потом услышала. Будто бы сотни маленьких барабанчиков отбивали ритм, а флейта исполняла затейливую звонкую мелодию.
— Я узнаю эту музыку, — зачарованно проговорила Шарада и повернулась к обрыву спиной. — Это приглашение.
В один момент Шарада откинулась назад, словно за ней был не жуткий обрыв, а, как минимум, десяток пуховых перин. Это напомнило игру на доверие. Только обычно человека ловит другой человек. А здесь Шараду поймал обрыв.
Через секунду она уже скрылась во тьме.
— Избавились от ненормальной, — констатировала Змеетта, — теперь идем дальше.
— Как ты можешь так говорить?! — взвилась Умора.
— Да шучу я, шучу. Кажется, нужно позвать остальных. Это не обрыв. Думаю, колдовство.
Через некоторое время путешественники замерли на краю обрыва.
— Нужно просто прыгнуть? — недоверчиво спросила синяя лошадь (а в прошлом сборщица налогов). — Вы в своем уме?
— Двое уже там, — пожала плечами Змеетта, — мы отстаем.
— Но это же самоубийство, — осторожно сказал брат Уморы с видом важного доктора.
— Возможно, и так. Что тебе эта жизнь? Закончится одна - начнется другая.
С этими словами раздраженная Змеетта подтолкнула королевичей в спину. Их крики быстро смолкли во тьме, а Умора вытаращила глаза и прикрыла рот рукой.
— Ты правда так думаешь? — тихонько спросила она у Змеетты.
— Нет. А теперь насчет три...
— Но постойте! — лошадь с ржанием и пыхтением топтала копытами землю. — Я не могу. У меня инстинкты!
— Ох... — Зметта снова стукнула посохом о землю. Лошадь взвыла, поднялась в воздух и устремилась в пропасть. — Ну что, теперь мы. Готовы?
Лажан молча качнул головой и прыгнул. Змеетта подивилась его внезапно возникшей храбрости и взяла Умору за руку.
— Страшно будет лишь мгновение, — пообещала она, и подруги одновременно шагнули в пропасть.