Глава 3. Эх, жизнь моя "собачья"...
Что ж, стал я потихоньку привыкать к нормам и правилам здешней жизни. А правила, надо вам заметить, оказались весьма и весьма нелегки для выполнения. Нет, не подумайте, кормили меня превосходно, разнообразно и много, прямо как на убой. Чего только я не попробовал за первые недели пребывания в этой квартире: и мяско тут вам, и рыбка, и творожок...Не жизнь, а малина. Однако, возникло одно большое НО: никак я не мог уразуметь, почему хозяева так настоятельно требуют, чтобы я ходил в туалет в эти смешные плошечки с решеточками. Я же, чтобы не сердить своих добрых хозяев, выбирал места для туалета поукромнее, ну там, за диваном, под столом, к примеру. Так нет же, за свою доброту и предусмотрительность я получал еще и нагоняй по моей несчастной маленькой головешке.
Наверное, из-за вот такого несовпадения во вкусах, и выработался наш график совместного с хозяевами проживания. Ночь я проводил запертым в коридоре. Утро у меня начиналось с пробуждения хозяйки: она впускала меня в большую комнату. Она что-то там доделывала по работе, сидя за компьютером, а я, свернувшись калачиком, мирно посапывал у нее на коленях. Эх, блаженное времечко, скажу я вам. Теперь я в персональном кресле с трудом помещаюсь! Потом просыпался хозяин, меня кормили, да и сами хозяева завтракали за компанию со мной. А потом наступал самый грустный момент дня: хозяева собирались и куда-то уходили. Я же коротал день в своем закутке, гордо именуемом коридором. Зато вечером как же радовалось мое маленькое сердечко звуку поворачиваемого в замке ключа! Ура, хозяева вернулись! Конечно, сначала следовала неизбежная порка за очередную лужицу в коридоре. Зато потом меня ждал вкуснейший ужин, за это многое можно простить. А после...я либо носился как угорелый по комнате, развлекая хозяев, либо просто ластился к ним и сам аж мурлыкал от удовольствия. Потом наступала ночь, и все опять повторялось сначала... Ну прямо "Ночь, улица, фонарь, аптека...". Этот стишок я как-то в телеке услышал, и очень уж он мне понравился.
