Продолжаю публикацию фрагментов интервью, которые я записал, общаясь с Юрием Леонидовичем Петерсоном.
- ...В начале 1972 года Леонид Бергер объявил, что уходит из «Весёлых», поскольку решил эмигрировать из СССР. Тогда как раз началась массовая эмиграция евреев из СССР. Но если основная волна эмигрантов катилась в Израиль и США, то Бергер решил уехать в… Австралию. Почему именно туда? Дело в том, что к тому времени сестра его жены выехала туда из Польши, и таким образом, во-первых, у него там появились родственники, что давало основания для выезда из СССР, во-вторых, там стал возможен хоть какой-то старт, потому что, имея здесь и квартиру, и популярность, уехать просто «в ноль» было бы глупо.
Это решение Бергера стало шоком для всех нас, но особенно для Паши Слободкина, который прекрасно понимал, что отъезд в эмиграцию ведущего певца сулил «Веселым ребятам» всяческие сложности. Но Бергер поступил очень благородно: он предупредил Слободкина, что эмигрирует в Австралию, за год до своего отъезда:
- Паша, я прекрасно понимаю, что если уеду прямо от вас, то вы надолго станете невыездными. Поэтому я ухожу из ансамбля сейчас…
- Ты спятил! – попробовал сопротивляться Слободкин. – Хочешь, мы тебе сейчас же ставку поднимем до 30 рублей за концерт? Мы в Чехословакию едем, новый альбом начинаем! Перед нами просто космос, а ты?!
- Извини, Паша! Я делал все, что мог, но мое терпение кончилось. Я уезжаю... – завершил разговор Бергер. - Единственное, что я могу для тебя сделать, это уйти сейчас, а за границу уехать через год...
Лёня так и сделал. Он ушел из «Весёлых» и устроился работать в ресторан «Лесной» в Измайловском парке, где с джаз-роковым ансамблем Виталия Клейнота подготовил программу, которая называлась «This is Леонид Бергер». Это было 45 минут ударной работы. Бергер пел баллады Рея Чарльза, песни из репертуара Тома Джонса и группы «Blood, sweat and Tears». Лёня сам объявлял номера и кратко переводил сюжеты песен. Аранжировки, мастерски сделанные Виталием Клейнотом, звучали божественно, ведь музыканты этого ансамбля были серьёзными профессионалами. Кроме самого Виталия Клейнота (тенор-саксофон) и Леонида Бергера (вокал) в составе этого оркестра работали Григорий Шабров (рояль и электроорган), Леонид Плавинский (бас-гитара), Михаил Брандсбург (барабаны), Виктор Заикин (экс-«Новый электрон», гитара), Олег Степурко (труба), Александр Кофман (тромбон). Многие из них в последствии уехали в Штаты и работали там с джазовыми светилами.
Но что значит «устроился работать»?
Как только Бергер подал документы на выезд из СССР, то по законам того времени, пока продолжалась канцелярская карусель с оформлением документов, он вынужден был до дня выезда сидеть без работы и – соответственно - без денег. Так поступали в СССР со всеми, кто подавал документы на выезд. Вот Виталий Клейнот и взял Бергера в ресторан «Лесной», но поскольку официально оформить его было невозможно, Лёня пел за «парнос», то есть за деньги, которые ему собирали благодарные зрители. А поскольку, как говорят, ресторан «Лесной» «крышевала» балашихинская братва, то туда съезжались бандиты со всего Советского Союза, они кайфовали от иностранных песнопений в исполнении Бергера и платили ему и музыкантам оркестра огромные деньжища. А пел Бергер потрясающе! Диапазон его голоса был поистине бескрайним. Он мог брать запредельно высокие ноты и тогда его голос начинал парить, словно птица в небесах. А мог наполнить своей энергией какой-нибудь заводной фанк-блюз вроде «Spinning Wheel», и тогда казалось, что пространство вот-вот взорвется от переизбытка его мощаги. И оно взрывалось – аплодисментами, овациями, воплями влюбленной публики.
Перед самым отъездом Бергер пригласил в «Лесной» всех своих друзей и устроил для них прощальный концерт. Когда он начал петь, жена заплакала. В паузе между песен Бергер подошел к нашему столику:
- Лялька, ты что?!
Утирая слезы, она ответила:
- Лёня, то, что ты делаешь, это просто потрясающе! Но я понимаю, что я этого больше никогда не услышу…
Он тогда пел ещё, наверное, минут сорок. И все эти сорок минут моя жена рыдала и не могла остановиться.
Дебют Бергера в Австралии вышел вполне удачным. Он собрал собственный бэнд и начал, как он сам потом рассказывал, «толкаться в сторону австралийской молодежи», её современных вкусов, пытаясь проникнуть в её образ мышления, заговорить и начать писать её музыкальным языком, но в своем собственном стиле. Это была нелегкая задача, но Леониду Бергеру удалось её решить. Он завоевал любовь австралийской публики, ему четырежды вручалась самая престижная музыкальная премия Пятого континента «Aria Award», он - автор десятков песен на английском языке, многие из которых становились шлягерами. Леонид Бергер с успехом представлял Австралию на различных международных конкурсах.
Но обо всем этом мы узнали много позже, когда в 1989 году Алла Пугачева пригласила Бергера на свои «Рождественские встречи».
А тогда, в 1973 году, Леонид Бергер просто исчез из поля зрения советских любителей музыки, будто бы его и не было никогда. На обложке тухмановской пластинки имя Бергера было подменено названием ансамбля «Весёлые ребята», хотя «Весёлые ребята» никакого участия в записи этого диска не принимали. Оригинал песни «Возьми свои слова обратно», которую Бергер записал перед своим отъездом в эмиграцию, был утерян, позже этот хит перезаписал молодой певец из ВИА «Синяя птица» Сергей Дроздов, хотя все знали, что композитор Сергей Дьячков сочинил «Возьми свои слова обратно» специально для Бергера…
Я считаю, что тогда нужно было сохранить Бергера во что бы то ни стало, так как он мог бы принести своей Родине еще много славы. Жаль, что этого не было сделано.
А вообще наши вокально-инструментальные ансамбли в начале 1970-х стали для многих музыкантов буквально перевалочной базой перед их отъездом на Запад. Тогда модно было «валить» из СССР, и наш гитарист Валера Хабазин буквально умирал, мечтая жениться на иностранке и уехать! В конце концов он женился на испанке и уехал. Сейчас Валера живет в Швеции и работает в ресторане.
Осенью 1975 года в эмиграцию уехали наш Александр Лерман, которого Слободкин пригласил на замену Бергеру, и гитарист ВИА «Голубые гитары» Юра Валов, когда-то записавший чудесное вступление к песне «Алёшкина любовь». В Америке Валов и Лерман создали группу «Sasha & Yura». Фактически это была первая группа за океаном, состоявшая из русских музыкантов. «Sasha & Yura» полтора года гастролировали по городам Америки, выступая в самых престижных залах вместе с такими известными музыкантами, как Том Фогерти и Боб Сигер. Группа имела хорошую прессу и даже предложение от «Warner Bros» подписать контракт на выпуск пластинки, но Лерман решил пойти учиться в университет, и группа прекратила существование.
Кстати, на гитаре в группе «Sasha & Yura» играл рижанин Валера Сэйнтски, уехавший на ПМЖ в Америку в 1972 году.
То, что все они эмигрировали, конечно, стало большой потерей, как для нас, так и для них самих. Ведь здесь эти музыканты были очень популярны, а там так и не смогли раскрутиться.
А я сейчас вспоминаю, как одиноко мне стало в «Весёлых ребятах» после отъезда Бергера. Ведь практически одновременно с ним ушли все те, кто составлял костяк второго состава - Володя Фазылов, Валя Витебский, Юлик Слободкин. От тех «Весёлых ребят», которые мечтали дать ответ «Битлам» остались только записи песен. И хотя в группу пришли новые талантливые ребята, меня охватила жуткая тоска. Гастроли вдруг стали казаться скучными, а концерты - нудными.
И вдруг я узнал, что в состав ВИА «Самоцветы» пришел мой старый рижский приятель Толя Могилевский, который, как и я, давно уже покинул отчий дом и успел поиграть в различных популярных ансамблях - в оркестрах Юрия Саульского и Олега Лундстрема и в ВИА «Поющие сердца». В «Самоцветы» он, кстати, пришел на место уехавшего в Америку Лёвки Пильщика. И вот тогда я впервые подумал: а не пойти ли мне работать к Юрию Маликову?
(Фото из архива Ю.Петерсона)