- Может тебе помочь? – произнес негромко я. Она вздрогнула. Резко развернувшись, Вики ударила меня сумкой, на что я неумело увернулся.
- Эй, тихо, да я это, я! – увидев меня, Вика вздохнула, - Чего ты сразу- то руками машешь?
Вики протянула мне сумки и я направился к машине, шагая рядом с ней. Закинув пакеты на заднее сиденье, я облокотился на крышу автомобиля.
В воздухе пахло всем тем, от чего у меня замирает сердце и хочется подчиниться невозможному. В воздухе пахло тем, что заставляет меня окунаться в бесконечное и говорить молча. И я вдыхаю последний раз, и в сознание возвращается гул машин, разговоры людей, тело обхватывает свежий ветерок.
Я глянул на Вики, она на мгновение подняла на меня взгляд. В её зеленовато-голубых глазах металось удивление.
- А пойдем со мной? – неожиданно прибавил я.
Она рассмеялась и поглядела по сторонам, а затем снова на меня.
- Куда? – поинтересовалась она.
Я пожал плечами.
-Не знаю, просто пойдем.
Вика помялась и хлопнула дверью автомобиля, в знак согласия. Я расплылся в улыбке и обошел машину, остановившись перед ней. Вики сложила руки и уставилась на меня.
Сегодня потрясающий день, не потому что я облажался с покупкой, с тем, что не имею запасных брюк и чертовски ненавижу торговые центры, а потому, что я сейчас готов пойти на большее, чем просто вернуться домой, в глухую квартиру, заставленную чужими вещами. Я готов сохранить вечность этого момента. И пока я стою напротив человека, который даже не представляет, что творится у меня в голове, мне кажется, что она знает, о чём я думаю, мне кажется, она понимает, как безумно я себя чувствую, мне кажется, она верит во всё, что хочет.
Она опустила взгляд, на это затяженное молчание.
Я протянул ей руку, на что она глянула на мою ладонь, а затем на меня.
- Неужели ты не доверяешь тому, кто заплатил за тебя в такси и донёс до дома? – тихо проговорил я.
Она неловко улыбнулась и положила свою ладошку в мою, я сжал её и потянул Вики в сторону метро, расталкивая двигающийся навстречу народ. Она всё оглядывалась назад, подчиняясь моему неосторожному движению. Мы спустились глубже в метро и я остановился.
- Так куда мы всё таки идем? – окликнула меня Вика.
- Не знаю, - пробормотал я, - разве это не важно, разве ты никогда не пробовала как это, научится искать себя?
- Что ты хочешь сказать? – вопросительно посмотрела она на меня.
- Я говорю о том, что не хочу выбирать, я хочу пробовать.
Она отвела взгляд, наверно, задумавшись над сказанным мною, как тем временем подошёл наш поезд. Я потянул её за руку и мы вошли в вагон. Вики уселась напротив меня, как моё тело отбросило в бок, подчиняясь движению поезда. Я держался за поручень и разглядывал сидящих рядом, угрюмых личностей. Остановившись на станции, я помедлил, но затем принял решение выходить. Подскочив, я выпихнул Вику из вагона, стараясь успеть до закрытия дверей.
Что побуждало меня двигаться дальше, беспамятства погружаясь в сумасшествие, я уже чувствовал - я близко, я близко.
Мы вышли на пустую улицу. Лицо обдало дымом перегара, от проходящих рядом, и ударило в голову. Я потер глаза и вдохнул кислород, что ляжет на мои легкие как раскрошенный уголь.
Стало темнеть. Небо алеет и заходит за высотки, в которых только-только зажигается первый свет. Легкий снег падает с крыш, опускаясь на гнилую землю, в то время как я тороплюсь к тому месту, откуда весь город ложится на мизинец, и зябнут пальцы, к тому месту, где можно закрыть глаза и уснуть на ещё не истоптанном ногами снеге, который тает на коже и втаптывается в землю.
Я подошел к поручням и глянул вниз, как крошечные машинки скрываются за высокими зданиями, расплываясь бликами.
И самое странное не в том, что я притащился в это местечко, под затмением трезвого разума, а в том, что пришел не я, а меня привели, как младенца за руку, как заключенного в сырую камеру, как человека, принадлежащему этому обществу, хоть малость.
Вики бесшумно подошла ко мне и положила руки на холодную железку.
- Почему же в тебе столько непонятного, - она проговорила утверждение, не вопрос и глядела куда-то выше, чем на эти обыденные дома. Ответа не требовалось.
- Наверно потому, что я пытаюсь скрыть свою пустую личность.
- Ты болен, - перевела она на меня взгляд, - не чем иным, как жизнью. Я жду каждый день того дня, когда ступлю за ту самую грань адекватного, а тебе не нужно ничего, лишь бы быть Пашей, у которого вот тут, - она ткнула мне в грудь, - не разрывается от одиночества и не требуется воспоминаний, а живет и дышит человек, с множеством картинок из детских альбомов...
Продолжение следует...
Часть 9: