«В нашем городе чересчур много жителей, чересчур много приезжих, чересчур много машин. Все куда-то спешат, все куда-то опаздывают. Всюду толкотня, давка, очереди. Но всё равно я люблю этот город. Это мой город. Это очень хороший город». Это слова небезызвестного Анатолия Ефремовича Новосельцева из фильма «Служебный роман».
Москву часто снимали и снимают в кино. Действие очень многих советских фильмов разворачивалось в Москве. Москва меняется, а старые кадры остаются. Старые фильмы о Москве сохраняют облик города таким, какого уже нет. Интересно сегодня рассматривать те фильмы под этим углом – какой Москва была, какой стала: дома, деревья, машины, где что исчезло, где что появилось, как ведут себя люди. Ведь любой художественный фильм, в котором какие-то сцены сняты на улицах города, является ещё и документальным. Потому что как ни выстраивай режиссёр очередной кадр, а всё равно фоном будут здания. А если снимается большая панорама, то и людские массы.
Один из фильмов, который можно сказать буквально энциклопедией по Москве начала 60-х, фильм, в котором Москва является таким же героем, как и люди – это фильм «Я шагаю по Москве». Как указано в типовом описании, «Я шагаю по Москве» – лирическая комедия Георгия Данелия по сценарию Геннадия Шпаликова. 1963 года. Премьера состоялась 11 апреля 1964 года. Фильм безусловно замечательный. А что если пробежаться немного по отдельным эпизодам фильма? Остановимся конечно не на всех сценах, а только на тех, которые вызывают обозначенный выше интерес.
Ну вот хотя бы один из первых кадров начальных титров.
Сиреневой границей обозначена площадь Киевского вокзала. В 1963 году там было просторно. И в принципе эта пустая площадь существовала вплоть до 90-х годов. А сейчас там вот так:
Рядом с вокзалом поставили довольно уродскую гостиницу «Славянская». От неё через Москва-реку перебросили пешеходный мост. А рядом фонтан «Европа».
А выделенный зелёным цветом фрагмент выглядит теперь вот так:
Торговый центр «Европейский». О его архитектурных достоинствах тоже доброго слова сказать не хочется.
А вот камера повернулась слегка вправо…
…и демонстрирует панораму с фрагментом того, что через несколько лет станет проспектом Калинина.
Нет ещё ни здания Верховного Совета РСФСР (нынешний Дом Правительства РФ), ни здания СЭВ (нынешняя мэрия Москвы).
Да и архитектурного непотребства – здания посольства Великобритании – ещё нет на Смоленской набережной.
Пользуясь случаем, можно взглянуть не только на Москву первой половины 60-х годов, но и на детали одежды москвичей, вернее, на обувь. В фильме есть очень выразительные кадры на этот случай.
Мужчины ходят в основном в сандалиях.
Хотя и ботинки попадаются.
И сапоги…
Ну а это женские варианты.
Ну где такие детали ещё увидишь, кроме как в фильме? Официальные фотографы, а тем более фотографы-любители на такие «мелочи» не обращают внимания. А оператор взял, повёл немного камерой – и на память остались ценнейшие детали быта, которые потом историки будущего тщательно воспроизводят по кусочкам с таким трудом. Как говорил дедушка-продавец из табачного ларька в фильме «Берегись автомобиля» – «Беломор – это деталь для следствия». И он бы тысячу раз прав. Только совсем уж эстетически недоразвитый человек может считать, что детали не важны. Детали очень важны.
Вот, например, общая панорама проезжей части и знаменитое московское такси. Вроде всё тут известно. И, однако, коренной москвич замечает детали, которые не видны другим зрителям. На машине «Га-21» номер «96-59 ММТ». Номер, как номер, скажете вы? Не совсем. Это шифр. По этому номеру можно узнать, из какого московского таксопарка эта машина. В данном случае это машина из 9-го таксопарка. Об этом говорит первая цифра номера 9 и последняя литера в буквенной комбинации – Т (первая литера – М, говорит о том, что машина из Москвы). А вот если бы последняя литера была Л, то это был бы 19 таксопарк. То есть машины с сочетанием ММТ были машинами из таксопарков с 1 по 9, а с сочетанием ММЛ – с 10 по 19-й. Когда в Москве (ближе к 1980 году) стало два десятка таксопарков, то появилась ещё комбинация МММ. То есть точно такой же номер – 96-59, но с комбинацией МММ, говорил бы уже о том, что это 29-й таксопарк. Правда, в Москве никогда не было 29 таксопарков. Вторая цифра, кстати, обозначала номер колонны в таксопарке. Так что «96-59 ММТ» расшифровывается так: «Московский таксопарк № 9, 6-я колонна».
Другая машина (и другая деталь):
Во-первых, мы видим, что в 60-х годах Красная площадь ещё была свободной для проезда автотранспорта. А, во-вторых, видим номер машины «01-56 МОС». О чём нам говорит этот номер? О многом.
Литерный код «МОС» был закреплён за правительственными машинами. Слово «правительственный» следует понимать в широком смысле, поскольку эти машины могли принадлежать как собственно государственным органам, так и коммунистическим. Что, кстати, лишний раз нам говорит о том, что коммунисты свою коммунистическую власть и считали властью государственной. Вот как много может сказать деталь. Ну а первые две цифры номера – «01», что они могут сказать? Они могут сказать, что это машина управления делами ЦК КПСС, то есть высшего коммунистического органа. Очень непростые люди ездили на машине с такими номерами.
Но что мы видим в данном случае? Мы видим, что заднее стекло автомобиля с номером «01-56 МОС» (т.е. автомобиля из аппарата ЦК КПСС) завалено каким-то ворохом непонятно чего. Вряд ли ответственный работник ехал на работу с таким задним стеклом. Скорее всего в данном случае зоркий телеобъектив выхватил из потока машин типичный для советского времени случай т.н. «использования служебного автотранспорта в личных целях». Тут либо жена ответственного работника взяла себе машину мужа, чтобы ехать на дачу (это всё-таки лето), либо водитель в свободное время (например, пока его «хозяин» сидит на ответственном заседании) решил «подколымить» и за «трёшку» везёт случайного пассажира. Целая микроистория. А всего одна мелкая деталь – номер автомобиля.
Или вот такая, например, деталь:
Люди садятся в вагон метро. Что это за станция или ветка? Ветка, на которой снят этот кадр, называется «Филёвская линия». Это была, наверное, одна из самых некрасивых веток московского метро (недавно её станции полностью отреставрировали). Все станции там, сразу после «Киевской», были унылыми, рёшенными в стиле «бетонное убожество». Почему же режиссёр именно на одной из этих станций снял кадр для своего фильма? Скорее всего дело тут в том, что в начале фильма Данелия задавал радостное солнечное настроение. А где ещё показать с одной стороны метро (то есть подземную коммуникацию), но одновременно и солнце? Да только на какой-нибудь наземной станции, то есть на одной из станций Филёвской линии.
Ну а что это за конкретная станция? Тут абсолютно точно сказать сложно. Филёвская линия (традиционно изображается голубым цветом), в начале 1960-х выглядела вот так:
После Киевской всего три станции: Студенческая, Кутузовская и Фили. Причём все три выглядели почти одинаково и различались только вывесками с названием (сегодня, после капитального ремонта, эти станции приобрели каждая свой образ, особенно «Кутузовская»). Так что визуально определить невозможно, какая станция попала в кадр фильма.
Но скорее всего снята станция метро «Студенческая». «Какие ваши доказательства?» Доказательств – нет. Есть предположения.
Станция метро «Студенческая» названа так по одноимённой московской улице, возле которой, собственно, эта станция и открыта. А Студенческая улица получила такое название за Дорогомиловский студенческий городок (восемь корпусов студенческих общежитий), который тут расположен.
Вот так эти здания выглядят в наше время.
Фильм «Я шагаю по Москве» – про молодёжь. А в кадре в вагон метро забегают преимущественно молодые люди. Поэтому, вполне логично предположить, чтобы для такого фильма режиссёр из трёх однотипных станций (Фили, Кутузовская, Студенческая) выбрал именно Студенческую, как наиболее точно отражающую идею фильма.
(продолжение следует…)