“Les affames” (Голодные) (2017). Все начинается с головной боли. Будто мигрень. Кажется, скоро пройдет, но это не так. Потом тошнота. Вас рвет и рвет, выворачивает наизнанку. Похоже на отравление или похмельный синдром. Только вот на самом деле ситуация обстоит куда хуже. Потому что проходит день, и на коже появляются волдыри. Еще сутки, и недомогание усиливается. Начинают чернеть пальцы на руках и ногах. Вы харкаете черной кровью, будто объевшись активированного угля. А потом обнаруживаете себя на кухне своей квартиры, своего дома. Стоите на коленях, выгрызая кишки собственных детей. Так развивается болезнь, которая пришла из ниоткуда. Воздух, вода? Неизвестно. Но Квебек вымер. А что там, за его пределами, в остальной Канаде и остальном мире – откуда нам знать? Телевидение не работает, радио мертво, интернет перестал существовать как явление. Никаких больше фото для Инстаграмма, никаких статусов в Фейсбуке. За исключением одного-единственного: «Мёртв». Нормальных людей, которых не зацепил вирус, не так много.
Вот Бонин и его друг Везино. Один белый, другой черный. Рассказывают друг другу баянистые анекдоты, а потом садятся в видавший виды пикап и колесят по окрестностям – вдруг кто еще живой? В лесу кажется, что живых, как минимум, двое. Мать и дочь. Но вот они были, и вот их нет. Словно призраки. Шум сверху – что это? То мальчишка, сидящий на дереве. А вот и его матушка. Разевает хищную пасть, обеспечивая Везино жуткую рану на шее. Друзья уезжают оттуда, а за ними бегут десятки детей. Мертвых детей. Лучший друг Бонина отходит в мир иной, и тот остается на ферме вместе с Пако, еще одним выжившим. Не только с ним. Есть еще женщина в амбаре, привязанная к кровати. Говорит, что ее укусила собака. Всего лишь собака, не более. После того, как Пако становится очередной жертвой нежити, Бонин развязывает пленницу, которая и правда не заражена, седлает пикап своего погибшего товарища, и вместе они отправляются… куда? Да неважно, главное, подальше отсюда. Идеальным убежищем кажется старый дом его матери, Терезы, которая живет там вместе со своей подругой Полиной. Третья в компании – бизнесвумен из Большого Города, Селин, уже успевшая расправиться с несколькими инфицированными. Особняк, стоящий в глухом лесу, приманивает к себе еще нескольких ЖИВЫХ. Но потом мертвых вокруг становится СЛИШКОМ много.
Если вы еще не поняли, о каком фильме речь, поясню. Это не зомби-экшен. Совсем не экшен, да и не про живых мертвецов. Вы не увидите ни одной жестокой расправы с плотоядными тварями. На их лицах нет грима, только гримасы безумия и голода. Раны – просто раны. Ими никто не любуется. Каннибализма нет и в помине. Эту ленту можно сравнить с такими драмами как «Батарейка». «Тут одна» - тоже хороший пример. Новейшая работа франкоязычного канадского режиссера Робина Обера – не про трупы. Она про тех, кто таковыми должен стать в ближайшее время. Но еще борется. Еще сражается. В его фильме нет акцента на нигилизм и мизантропию. Бонин и остальные – все они в первую очередь остаются людьми. Гуманизм и человечность для них не пустой звук, даже в этом жутком мире. Здесь случайный прохожий помогает другому. И если вы нашли убежище в лесу, вас пустят внутрь вместо того, чтобы пристрелить. Окружение – фантастической красоты чащобы. И еще эти лошади. Откуда они здесь? Не иначе как галлюцинация, призванная напомнить нам о той, старой вселенной, возврата к которой нет. Ведь даже дети – не символ зарождения нового мира на осколках старого. Они мертвы. Надежды нет. Будущего нет.
А зараженные строят пирамиду из старых вещей и домашней утвари. Пирамиду, которую стоило бы уничтожить. Обер – не из тех, кто снимает по фильму каждый год. Не из тех, кого знает всякий поклонник ужасов. Потому что стопроцентных хорроров на его счету никогда и не было. Я долго думал, почему мне так знаком этот стиль. Кого напоминает притчевость, иносказательность повествования. Гуманизм и безумная красота на фоне всеобщего тлена. Достаточно было посмотреть, что снял Робин до этого. Ба, да им же был натуральный шедевр под названием «Святые мученики проклятых»! Один из лучших фильмов 2005 года, один из лучших хорроров в принципе. «Голодные» - они другие, и про другое. Но если первые 20-30 минут немного сбивают с толку, то уже ближе к середине всё становится на свои места. Картина завершена. Имя ей – великолепная драма о конце света, но не о конце людей. Мрачная, но трогательная, серая, но яркая, апокалиптическая, но дающая надежду. Невероятно красивая, замечательно снятая, замечательно сыгранная. И местами НА САМОМ ДЕЛЕ пугающая. Только прислушайтесь к этим звукам…
10/10