Начало истории Персика здесь
В первый день после того, как Персик приехал домой, я, уходя на работу, закрыла его в своей комнате с лотком, едой и водой. Брат после бурных выходных тоже остался дома. Когда я вернулась, Кирилл встретил меня в прихожей.
- Ну как кот? Не сильно мяукал, пока меня не было? – спросила я.
- Какой кот? – искренне удивился брат.
- Понятно, - сказала я и открыла дверь в свою комнату.
Кот сидел на кресле, а в комнате пахло аммиаком. Сначала я подумала, что кот уделал покрывало или ковровую дорожку, но везде было сухо. И только по разворошенному древесному наполнителю в лотке я поняла, что с туалетом у нас проблем не будет.
Через некоторое время после переезда Персик вспомнил, что до этого он был котом свободным, и вообще первым парнем на селе, и стал оглашать квартиру истошным призывным мяуканьем.
Я решила устранить эту проблему радикально. Отвезла кота в ветклинику на осмотр. Там сказали, что ему года полтора, на вид здоров. Рекомендовали обработать от блох, проглистогонить и привозить на регистрацию и прививки. Я выполнила все рекомендации, сделали ему прививки в два этапа, и через неделю после второй прививки записалась на операцию.
Накануне вечером я покормила кота последний раз и убрала миску. Утром кот попросил поесть, но был огорчён отказом. Я посадила Персика в переноску, взяла с собой соляную грелку, кукольное теплое одеялко, и мы поехали в клинику. Ехали, как обычно, на автобусе.
Несмотря на то, что я записывалась на операцию на определённое время, ждать в клинике пришлось ещё почти час. Наконец, нас пригласили. Персика взвесили, сделали ему укол и сказали мне посидеть в холле.
- Без него? – спросила я.
- С ним. Возьмите кюветку: его может тошнить.
Я взяла кюветку, кота, и вышла в холл. Села на стул, кота посадила на колени, а кюветку поставила на соседний стул. Персик сидел некоторое время спокойно, и вдруг стал вырываться. Начались рвотные позывы. Я удерживала одной рукой кота, а другой подставляла под его мордочку кюветку. Его стошнило желчью. Потом ещё раз. Через некоторое время Персик стал засыпать. Я гладила его, и он, наконец, расслабился.
В коридор выглянул хирург, оценил состояние кота и забрал его в кабинет.
Я очень переживала за кота и, не находя себе места, ходила из угла в угол. Через полчаса меня пригласили в кабинет. Кот был ещё под наркозом.
- Операция прошла успешно. Можете забирать котика. Швы рассосутся сами, снимать их не надо. Следите, чтобы кот их не лизал, хотя бы первые сутки. Его может знобить, это бывает – ничего страшного. Когда начнёт ходить, смотрите, чтобы никуда не запрыгивал: может упасть.
Я старалась запомнить все наставления, а сама косилась на неподвижное тело Персика. Не было понятно, дышит ли он вообще.
Врачи помогли мне уложить кота в переноску, я накрыла его кукольным одеялком и понесла на автобусную остановку.
Когда мы ехали домой, автобус встал в пробке из-за аварии на перекрестке. Я нервничала всё сильнее: людей было много, и мне было не видно, как там Перся.
Наконец мы доехали до моей остановки. Я вышла и поспешила к дому, периодически заглядывая в переноску. Когда я прошла половину пути, снова заглянула в переноску, и увидела, что кот поднял голову и смотрел по сторонам. Я облегчённо вздохнула.
Придя домой, я достала Персика вместе с лежанкой и одеялом и положила на пол в комнате. Кот снова спал.
Я поставила неподалёку заранее подготовленный лоток без наполнителя, чтобы Персику не пришлось никуда ходить, когда захочет в туалет. По совету врачей периодически вливала по нескольку капель воды в рот коту и протирала ему глаза.
Примерно через час Персик стал шевелиться, открывать глаза и пытался встать. Лапы его слушались плохо, и он заваливался на бок. Так, шатаясь и падая, он направился из комнаты в сторону коридора. Я его взяла, отнесла на лежанку, но он опять двинул в коридор. Тогда я решила посмотреть, куда это его несёт. Кот шёл в туалет. Я снова взяла его на руки и отнесла в лоток, который стоял в комнате. Персик выбрался из лотка и опять направился в туалет, потому что чётко усвоил: писать надо в туалете. Я отнесла лоток в туалет, посадила в него кота, и Персик, наконец, справил нужду.
После этого Персик прошел, пошатываясь, на кухню и лёг у холодильника. Чтобы он не вылизывал шов, я надела на него попону.
Кот был слаб, и не сопротивлялся. Я увидела, что он снова засыпает, и пошла мыть лоток. Через три минуты я вернулась на кухню: у батареи лежала снятая попона, а сам кот балансировал на краю столешницы.
Я осторожно сняла Персика со столешницы. Принесла лежанку и уложила на неё кота. Надевать на него снова попону я не решилась. Я подумала, что спать мне этой ночью не придётся. Взяла смартфон, села рядом с котом, прислонившись к холодильнику, и стала играть в игру. Решила, что, в крайнем случае, посплю на полу кухни. Через несколько минут Персик встал с лежанки, забрался ко мне на колени и замурлыкал. Я обняла его и заплакала от радости: коту стало лучше, и он окончательно признал меня своим человеком.