Элла вернулась домой из очередной поездки. Было здорово: отдых на природе, работа в саду, свежий воздух и саморазвитие. Наконец-то она почувствовала гармонию тела и духа. Но приезд, как обычно, начался со слез. Она так устала.
Родители воспитывали Эллу в строгости, не давая ей любви и поощрения. Многое из воспоминаний детства связано со словами: «А вот Таня всегда ходит в магазин», «Могла бы и лучше сделать!», «Это что такое?!», «Бестолочь!», «Руки из жопы растут!». Они сильные и добрые люди, но сила перевешивала всю жизнь.
Сейчас Элле 25 и она до сих пор чувствует себя ничтожеством. Ей нужны силы для того, чтобы сделать портфолио, закончить свой проект, но их нет. Она берет их от природы и уединения с собой, но в городе и общении с родителями теряет их сразу же. Она просыпается с мыслями о переезде и деньгах, но пока что вариантов нет, как и средств.
Ее как будто ежедневно закладывают булыжниками, а на силы и дела плюют. Чтобы снять камни, приходится тратить слишком много сил и времени, а еще работу нужно оттереть от слюней, и вот тогда она сможет продолжить. Только уже ночь, а сил нет.
Она переживает, что не может погрузиться в работу, что ничего не успевает. Но предел приходит в очередной раз, когда она запирается и рыдает в ванной с приступом тахикардии. Мать снова давит, снова весь ее труд насмарку, а она ничтожество.
Осень сносит ветром со снегом, под ботинками хлюпает грязь, но Элле уже наплевать. Главное, не забыть снять наличные для автобусов и перекусов в дороге, взять паспорт и теплые вещи. Она бросает взгляд на ноутбук и думает, стоит ли его брать. Кажется, ей уже не хочется становиться кем-то значимым в этой жизни, хочется просто двигаться вперед по дороге.
«Привет. На сколько сможешь приютить?»
«О, привет! Ну на месяц смогу, но дальше уже сама понимаешь...»
«Я еду, встретишь в 18.34 на вокзале?»
«Конечно, давай».
Впервые она едет одна далеко и надолго. Раньше приходилось отказываться от таких путешествий: страх чувства долга, одиночества, потерянности не давал покоя, но время пришло. На вокзале пахнет углем, поезд готов к отправлению — пора.
Дальше всё как в тумане: питерская тусовка, разговоры до утра и снежные рассветы, Карелия и Финский залив, Эстония, автостоп, стихи, встречи, какие-то мимолетные деньги. Спустя полтора месяца к Элле вернулось вдохновение. Только ноутбук не вернулся.
Вдохновение — это хорошо, особенно, когда на карте осталось 5000 рублей. Но все питерские друзья работают за своими ноутбуками, а от возвращения в Москву бегут холодные мурашки по телу. Еще и друг опомнился от тусовок и попросил оплачивать половину месячной стоимости квартиры.
Приходится устраиваться в рекламное агентство, хотя она так не хотела возвращаться в сферу. В Питере платят меньше, но на жизнь хватает. Удивительно, но пока что она не чувствует себя несчастной от этой работы, как раньше. Ну и отлично, уволиться она все равно не скоро сможет.
Спустя год Элла с другом сидели на веранде их загородного вагончика, болтали о жизни.
— Эл, ты как вспышка, которая освещает людям путь.
— Я так не считаю, ведь до сих пор не могу себе осветить путь, — ответила Элла.
— Стоп. Остановись, уже можно. Перестань себя за все карать. Смотри, когда пришло время съезжать от родителей, ты это сделала и пошла ва-банк, так? Когда пришло время платить за квартиру в Питере, ты опять пересилила свой страх и принцип, пошла в офис, заработала денег, так? Эл, сейчас ты на природе, сидишь в своем загородном домике, я рядом, разве не к этому ты шла, разве не это твоя мечта? Остановись. Уже неважно, каким путем, главное — ты пришла к своей мечте.
Она улыбнулась, слезы заполнили глаза, на щеке блеснул мокрый след.
— Спасибо, я только сейчас поняла, что я свободна. Я счастлива.