Сериал "Чернобыль" (HBO) получил заслуженные награды на церемонии "Эмми" (награды в области телевидения). Сериал получил 3 премии, как лучший мини-сериал, за лучший сценарий и лучшую режиссуру.
Первая серия вышла 6 мая, и наш интернет взорвался. Все наши скрепоносцы задались одним вопросом: какое право ОНИ спекулировать на нашей трагедии? Да что они понимают вообще?
Как оказалось, понимают. То, о чем мы благополучно забыли или нам молчали в течении 33 последних лет вышло на экране в простой и честной истории, снятой со всем уважением к подвигу ликвидаторов последствий аварии на Чернобыльской АЭС.
Признаюсь, я не хотел смотреть. Пока моя 15-летняя дочь не сказала: "Папа, давай посмотрим. Я постоянно слышу слово "Чернобыль", но ничего об этом толком не знаю". Молодежь не знает, мы не помним. Честно говоря, я вспоминал только тогда, когда в какой-нибудь газете, инструкции, правилах или длинном списке видел в перечне лиц, имеющих право на льготы, выражение "ликвидаторы ЧАЭС".
Конечно, я ожидал, что это будет такое же пафосное кино о героизме и мужестве, как, например, К-19, с Харрисоном Фордом в роли капитана подводной лодки. Мой скепсис прошел сразу же, с первых минут, когда я узнал мой 1986-й год. Я не знаю, как американцам это удалось, но я помню, что моя мама носила такие же золотые часики, как и Людмила Игнатенко, и вот такую юбку, и вот такие босоножки. А еще у нас были такие же обои на стенах. И в школу я ходил с таким же дурацким ранцем за плечами. И химические завивки были у наших женщин ровно вот такие. И мебель. И посуда.
Конечно, в фильме были ляпы, такие, как вот например, этот, когда шахтеры треплют по щеке моложавенького министра угольной промышленности. Во-первых, такой фамильярности не было никогда, министр в то время был такой суровый мужчина, сам бывший шахтер, что там даже мысли такой не возникло бы. Да и сами голые шахтеры удивили, особенно мою дочь, я б предпочел обойтись без этих кадров. Тем более, не было такого.
Пересказывать все содержание не буду, тема всем понятна, чем всё закончится тоже, скажу только, что несколько раз слезы на глаза наворачивались, и как-то приходилось от дочери это скрывать. Надо обязательно смотреть. Наши так не снимут никогда, это совершенно точно.
Михаил Горбачев сказал, что катастрофа на чернобыльском энергоблоке ускорила распад СССР. Он писал впоследствии: «Можно сказать так: моя жизнь разделилась на две части – до чернобыльской аварии и после нее».
Недавно прочитал, что в Москве на Кантемировской у памятника ликвидаторам последствий чернобыльской аварии наконец-то появились цветы.