Вначале в нем не было ничего не обычного. Мы с мужем отправились забирать из гостей его маму, но её, как обычно, не оказалось на месте. Моя свекровь всегда отличалась не пунктуальностью. Вот и в этот раз она бродила где-то по окрестностям со своим братом. Летний полуденный зной совершенно не располагал к длительному сидению под открытым небом, и мы приняли решение навестить моего отца, проживающего в соседнем районе. Старик разговаривал по телефону и был весьма удивлен нашему приезду.
– Вы как раз вовремя. Вас ищет Люссия.
Отец протянул телефонную трубку. На том конце провода послышались глухие всхлипывания. Сквозь плач мне с трудом удалось разобрать слова дочери. Оказалось, что наш сын попал в аварию. Но как такое могло произойти? Вон вполне самостоятельный восемнадцатилетний юноша, который всегда отличался благоразумием. Он всегда осторожно водил мотоцикл, а тут авария. Вон ехал в ближайшее кафе и сорвался в каньон? Да не может быть. Это наверняка не он. Я не хотела верить услышанному. Муж вырвал трубку у меня из рук
– Да, мы едим. Да, я слышу. Скоро будем. Подписывай все документы для страховой компании. Пусть начинают операцию.
На небе не было ни одного облачка, горячий степной воздух дрожал как расплавленное стекло. Мотор машины то и дело перегревался, хрипел и глох. Время остановилось. Мы не ехали – мы медленно ползли. Муж съехал с трассы и направил автомобиль на грунтовую дорогу. На мой немой вопрос он ответил
– Так будет гораздо быстрее.
Но когда до больницы оставалось чуть более 50 миль, истошный звуковой сигнал оповестил нас – в баке закончился бензин. По этой дороге никто никогда не ездит, надеяться на чудо бесполезно. Я закрыла глаза и откинула голову назад. Вдруг в боковое стекло постучали
– Вам нужна помощь?
Попутчик отвез Гордона на заправку и обратно. Через 40 минут мы продолжили путь.
Казалось, что мы с доктором находимся в разных измерениях. Его голос с трудом проникал в мое сознание.
– Сломанные ребра повредили внутренние органы. Пришлось удалить селезенку и наложить многочисленные швы. Удалось остановить внутреннее кровотечение и восполнить потери крови. Черепно-мозговая травма. Раздробленная бедренная кость.
Короткие слова отдавали протяжным металлическим звоном.
Присев на стул, я вглядывалась в лицо своего сына и лихорадочно, умоляюще бормотала
– Ты только живи, только не умирай.
Не открывая глаз, Вон прошептал пересохшими губами
– Мам, потрогай мой живот.
Стоявший рядом доктор, едва дотронувшись до живота Вона, резко крикнул
– Готовьте операционную.
Через 4 часа из операционной вернулся уставший врач и опустошенно вынес вердикт: «Лекарства не помогают. Готовьтесь к худшему. В лучшем случае он проживет до утра».
Я осталась в больнице, а супруг уехал сообщать неприятное известие родным. Утром он обещал меня сменить. Слезы текли по щекам солеными, непрерывными ручейками, а в голове металлические молоточки протяжно отбивали: «До утра, до утра, утра….».
Даже сейчас, спустя много лет, я не могу точно ответить на вопрос, что именно заставило меня встать и быстро выйти из палаты сына.
Я бежала по узким, безлюдным улочкам ночного города, совершенно не разбирая дороги. Сердце разрывалось от боли и бешено колотилось в груди, казалось, что еще чуть-чуть, и оно рассыплется на миллионы крошечных осколков.
Спустившийся на землю туман плотной пеленой укутал город. Даже яркий свет фонарей с трудом пробивался сквозь густую, сизую завесу. С каждым шагом бежать становилось все тяжелее. Наконец-то, впереди замаячил силуэт знакомой с детства часовни. Сколько раз мне приходилось бывать здесь раньше, но такого волнительного трепета я не испытывала никогда. Замедлив шаг, я прошла к боковому приделу храма. Здесь в дарохранительнице лежали освященные с вечера гостии. Я протянула дрожащую руку и взяла одну...
Уже в больнице я разломила гостию пополам. Одну часть положила под язык своему умирающему сыну, а вторую взяла себе. Мысли перестали путаться в голове и сложились в искреннюю молитву. Врачи оказались бессильны, осталось уповать только на Бога.
Утром пришел муж и уговорил меня съездить домой, немного поспать. Но едва я вошла в квартиру, тишину разорвал телефонный звонок. Сквозь треск и помехи в трубке раздался лихорадочный голос Гордона
– Срочно, приезжай!
И дальше короткие гудки отбоя.
Не помню, как ловила такси, как перепрыгивая через 2 ступеньки, поднималась на 4 этаж, как входила в отделение интенсивной терапии. Бледное словно мел лицо супруга заставило сердце в очередной раз сжаться от дикой боли. Хотелось кричать и плакать, а потом плакать и кричать. Палата моего мальчика была пуста…
– Я подумал, что он умер.
– Подумал?
Ноги стали ватными, я медленно села на пол. Но вдруг случилось невообразимое. Мой Вон, мой маленький мальчик, шел по коридору. Его шаги были короткими и неуверенными, одной рукой он держался за стойку от капельницы, а второй опирался об плечо медсестры.
Лечащий врач лишь разводил руками, не в силах объяснить природу столь стремительного выздоровления. Светилам медицинской науки еще не приходилось сталкиваться с подобным феноменом. И только я знала, кого нужно благодарить в этой ситуации.
А с вами случались подобные чудеса? Делитесь в комментариях. Пишите на почту свою историю, мы ее опубликуем.
Спасибо, что дочитали до конца. Спасибо, что вы с нами, впереди самое интересное!
Да прибудет с вами сила! Верьте в себя!