И ссылался на Господа.
Уффф… Почитал сейчас несколько старых интервью Шансонье Всея Руси Михаила Владимировича Воробьёва (Круг — это псевдоним).
Довольно интересные у него были взгляды на место женщины в обществе. Нет, место это, спасибо, не у отхожего места. Круг великодушно очерчивает круг занятий представительниц слабого пола как «помыть, постирать, приготовить обед». И при этом добавляет, что это не он так придумал, а Господь. Ведь женщину сотворили из ребра Адама!
Аргумент? Аргументище!
Также мастер блатной песни признаётся, что терпеть не может женщин, имеющих своё мнение. Пусть заботится о семейном очаге и не смеет спорить с мужчиной!
Тут он добавляет экспертное мнение насчёт ситуации с Моникой Левински и Клинтоном: не имела она никакого права обвинять мистера президента!
При этом Круг вновь проявляет великодушие, низводя женщину до статуса ручного зверька: если дама справляется со своими обязанностями — мужчина обеспечит её и машиной, и кольцами, и шубами.
Ещё позабавило как Круг рассказал о причине развода с женой Светланой: помимо раздражающего наличия собственного мнения артист не смог простить ей холодность по отношению к нему.
Свечку я, конечно, не держал, но в источниках пишут о более тривиальной причине развода: Круг постоянно изменял жене.
А, да, об изменах Воробьёв тоже высказался: мол, если женщина изменит — без сожалений выгонит её из дому. Потому что вопрос верности для него первоочередной.
Надо ли говорить, что такая схема не работает в случае измены мужа?
Что же я имею таким образом сказать? Пещерная ограниченность взглядов сказалась и на творчестве Круга: его лирика, эксплуатирующая быт представителей социального дна, навеки нашла пристанище в прокуренных кабаках, где по вечерам пляшут братки в безвкусной одежде. Днём они всем стадом загоняли бумажного мамонта, а после пол-литра «беленькой», сорвав глотки под «Владимирский централ», пойдут в свои хрущёвские пещеры — лупить самок и остро бдеть, чтобы у тех не дай Господь появилось собственное мнение.
Всю эту безвкусицу и мракобесие давно уже пора нещадно и без сожаления вырубить как тот вишнёвый сад из бессмертной пьесы Чехова. Потому что их время прошло.