Когда мы только переехали в свою однушку, ЖЭУ как раз активно занималось ремонтом: поставили домофонные двери в подъезды, повесили новые ящики для почты, вкрутили лампочки..
Потом, правда, сами же и выкрутили. Видимо, погас свет в сознании народа, а лампочек на складе не оказалось, иначе я не знаю как объяснить поступок человека в спецовке с красноречивой надписью ЖЭУ №наше. Озорной припрыжкой, пропуская по две-три ступени за раз, не обращая внимание на изумленную меня, он бежал вниз по лестнице навстречу осенней свежести, сжимая в пожелтевших от табака пальцах только что добытый трофей. Словно древнегреческий отрок с Олимпийским факелом он нес свет людям.
С тех пор лампочки на этажах появляются только когда их вкручивают жильцы.
Возвращаясь в наш подъезд, кроме прочего хочу обратить ваше внимание на внутреннее убранство. Ведь в рамках проводимого ремонта доблестные сотрудники управляющей компании приложили руку и к нему: верхняя половина стен и потолок были старательно спрятаны под толстым слоем свежей побелки. Перила изменили цвет на непередаваемый словом красно-коричневый. Обычно для поверхностей, которые будут часто пачкаться, выбирают такой цвет, который сможет скрыть грязь, поэтому я даже представить боюсь, о чем думали колористы из ЖЭУ. Наверное, что дети будут часто мазать перила вареньем. Малиновым.
Нижняя часть стен и батареи окрасились в красивый при других обстоятельствах темно-зеленый. В сочетании же с цветом перил он вызывал чувство тревоги и ненавязчивое желание калечить людей. С годами, конечно, привыкаешь. К цвету тоже.
Однако на этом художники-оформители остановиться не смогли. Думаю, дело обстояло так: согнувшись пополам они наносили последние штрихи коричневого безумия на плинтуса пятого этажа, когда их взор споткнулся о совершенно серый и не облагороженный пол. Художники резко и одновременно выпрямились, возмущенные увиденным. Кровь отлила от головы, запах свежей краски, скопившийся как раз под потолком пятого этажа, ударил в носы и мозг, и над головой наших героев в один чудесный миг зажглась одна на двоих невидимая лампочка: "здесь не хватает цветов", - воскликнули они хором.
Кто-то из жильцов наверняка слышал этот радостный возглас и, возможно, решил, что творцы решили добавить других оттенков в общую картину, расставить на подоконниках изящные вазы с цветами, а по углам подъезда разместить массивные горшки с комнатными растениями..
Но, как прозорливо отметил один из персонажей Галыгина - краски были высокотоксичными. Поэтому ребята схватились за кисточки и начали рисовать цветы на полу теми же красками.
Неровные зеленые лепестки размером с ладонь взрослого мужчины слились в едином ансамбле с поплывшей коричневой серединкой. И буквально через час, словно пубертатные высыпания на лице незрелого юноши, на полу каждого пролета расцвели они. Похожие на рисунок трехлетнего несмышленыша, цветы, наверное, должны были вызвать у нас, жильцов, восторг и умиление.
Но мы оказались неблагодарными: весь вечер того злополучного дня в подъезде слышались возмущенные возгласы с приправой из крепкого словца: это люди возвращались домой, и, не зная о том, что их подъезд теперь претендует на звание уфимского Эрмитажа, переносили краску с лепестков домой, на линолеум, ламинат или ковролин.
К чему я это вспомнила? Больше 10 лет в нашем доме не проводилось никаких ремонтных работ, и люди начали верить, что так будет всегда. Но вчера они пришли снова. Сорвали информационные стенды, ободрали несанкционированные объявления, усыпали ими асфальт возле входа, сделали возле подъездов выкрасы в метр площадью и на два тона светлее основного цвета. Не забыли покрасить в этот же цвет и таблички с указанием номера подъезда. Не целиком, конечно, это не по фен шую. На половину, примерно. Но не везде. Потому что хороший дизайнер знает: в мире не бывает двух одинаковых деревьев, и идентичность - это моветон. Оборванные объявления залили краской. В общем, вложили душу в инсталляцию.
А мы замерли в ожидании продолжения. Мечтаем, чтоб продолжением стала замена окон в подъезде на пластиковые, но вслух не говорим: нельзя ограничивать полет фантазии истинных людей искусства.