Хищник, чтобы поймать добычу, подбирается к ней против ветра. Так до жертвы не доносится запах охотника. Неужели звери так умны, что способны предвидеть поведение друг друга?
То есть сидит такой тигр в кустах и думает: "Пора перекусить. Вон кабанчик. Надо понять, куда сейчас дует ветер. Ага, с юго-запада примерно со скоростью 3 м/с. Очевидно, мне надо заходить на него с противоположной стороны. Это будет северо-восток. Потому что если я пойду с юго-запада, ветер принесет ему мой запах, и кабан сразу убежит."
Конечно, зверь так думать не умеет. Тигры, леопарды и львы вообще без понятия, чего там чуют антилопы, что они в принципе что-то улавливают. У хищника просто вырабатывается условный рефлекс.
Еще будучи львенком, он не раз неудачно подкрадывается к добыче так, что она дает деру, когда находится еще в зоне недосягаемости. Но иногда почему-то удается подкрасться очень близко.
Мозг животного способен устанавливать связь между событием и предшествующим ему фактором. В тех случаях, когда антилопа убегает, лев не чувствует ее запаха. Ведь ветер его уносит в другую сторону, от льва.
Когда же охотник чувствует запах добычи, ветер дует ему в морду, охота чаще заканчивается удачей. Как минимум, зверю удается подойти близко.
Так в мозгу животного формируется связь одного события с другим. В последствии он обходит по кругу жертву до тех пор, пока не уловит ее запах. Это служит ему сигналом, что надо приступать к следующей фазе охоты, то есть начать подкрадываться.
Аналогично ведет себя и пресловутая собака Павлова. Ее приучили, что когда, например, раздается звук, ей дают еду. В результате у нее начинает вырабатываться слюна на звук, а не на вид пищи.
Дрессировка происходит по тому же принципу. Если собака слышит "сидеть", делает определенное действие, то ее хвалят или угощают. Ей становится хорошо. Позже уже само слово "сидеть" будет вызывать приятные ощущения и инстинктивное желание сесть.
