Как ни относитесь к Сергею Лифарю, а все-таки он был потрясающе красив. Эта красота была органичной и естественной, за исключением одной детали - носа. Свой нос Лифарь "починил" в середине 1920-х годов по настоянию Дягилева.
Когда юноша только поступил в "Русский балет", он был трогательно курносеньким, что Дягилеву показалось недостаточно классическим, и он велел своему протеже исправить нос. Лифарь, по собственным воспоминаниям, согласился сразу и без возражений, по воспоминаниям же его недруга Бориса Кохно - сопротивлялся как мог, но результат был один: нос поменял форму и из курносого стал длинным и приобрел аристократичную горбинку.
Процесс заживления после операции был долгим, пациент мучился выделениями из носа, и другие артисты из труппы его дразнили: мол, не сиди долго на солнце, парафин потечет. Дягилеву, как ни странно, тоже не понравился результат, и он однажды пожелал Лифарю из глупенького стать умненьким, а из длинноносого - курносым.
Из-за нового носа у Лифаря возникли проблемы с немецкими властями в оккупированном Париже. Вообще-то при немцах он жил вполне хорошо (кто-то считает, что даже слишком), но неожиданно прошел слух, что директор балетной труппы Опера месье Лифарь - еврей, и форма его носа фигурировала как одно из доказательств. Лифарь, бывший не только красавчиком, но и изрядным троллем, предложил предъявить гестапо доказательства того, что он не подвергался ритуалу обрезания. Гестапо от такого доказательства отказалось, и Лифарю пришлось пойти другим путем и предъявить своего родного брата - белокурого славянского красавца.
Несмотря на все эти неприятности, Лифарь, видимо, был вполне доволен ринопластикой и всячески ее пропагандировал. По настоянию своего директора балерина Лисетт Дарсонваль тоже правила нос, причем не один раз: первый раз прооперированный нос был сломан в результате травмы, полученной на репетиции, второй раз - просто провалился... Но как отказать такому неотразимому шефу?