Французский балетмейстер и артисты Театра «Балет Евгения Панфилова» создали на Пермской сцене подлинный шедевр, где вихрь чувств и экспрессивное действие переплетаются в бешеном ритме под музыку Бетховена, балансируя на грани возможного и невозможного. Сам мастер говорит, что, работая над балетом, он думал о сиюминутности и быстротечности жизни и что его всегда интересовали сильные, мощные потоки движений, которые в какой-то момент резко обрываются.
Поле красного мака поражает своей красотой, но и вызывает ассоциации с каплями крови. Жизнь и смерть, любовь и ненависть – всегда рядом. Интересно, что маки никогда не собирают в букет – они моментально вянут. Этими цветами можно любоваться только на открытых просторах, на ветру под солнцем и дождём. Особенно прекрасны они на рассвете или во время закате. Маки всегда дикие. Это символ свободы и безрассудной великой любви.
Клод Брюмашон в юности занимался живописью, но в какой-то момент понял, что рисовать можно не только красками на холсте. Возможно, поэтому его хореографические полотна необычайно яркие и выразительные, в них каждая поза, жест невероятно точны и исполнены глубокого смысла.
Клод Брюмашон и его соратник, талантливый танцовщик, бессменный ассистент Бенжамен Ламраш в течение 25 лет возглавляли Национальный центр хореографии в городе Нант во Франции. За эти годы свет увидели около сотни оригинальных, авторских постановок в разных странах по всему миру.
Мне захотелось побывать на репетиции талантливого французского балетмейстера. Я договорился с друзьями-артистами и, естественно, захватил с собой фотоаппарат. Входные двери в зрительный зал были закрыты, и я решил пройти через сцену. Раньше известного хореографа я видел только на фотографиях в интернете, но как только шагнул в закулисье, с ним и столкнулся. «Bonjour», - приветствовал он. Я в ответ поздоровался и ретировался в темноту, вдруг прогонит.
В зале быстро достал свой боевой Canon, приготовился, а Клод увидел и воскликнул: «O! Photographe!», и продолжил работать с артистами. Всё!!! Представляю, что было бы, если я завалился на репетицию к местным доморощенным гениям. Меня бы точно выгнали, а может быть, и побили. Посторонние не должны находиться в помещении во время репетиционного процесса…
Клод оказался обаятельным, интеллигентным, весёлым, доброжелательным, очень живым и, конечно, невероятно талантливым человеком. Я поснимал репетицию и остался на прогон, который артисты прожили на одном дыхании. Они очень старались. На мой взгляд, спектакль получился мощный, искренний, пылкий, завораживающий, даже гипнотический, неистовый, бурный и фантастически романтичный. Получились ли у меня отразить это в фотографиях – судить вам…