Строился в одном российском городе коттеджный поселок. Поселок был рассчитан на 72 коттеджа и находился достаточно далеко от центра города, поэтому, как и на любой подобной стройке, рабочий контингент там был представлен самыми разными национальностями.
Китайцы выкладывали кирпичные стены, вьетнамцы обшивали фасады. Были и две конкурирующие бригады, которые выполняли бетонные работы. В одной из этих бригад работали узбеки под предводительством мудрого бригадира Абдубанона, а вторая принадлежала армянину Сурику, но работали в ней славяне – выходцы из деревень, которые сами не моли (или не хотели) найти нормальную работу в городе.
В обеих бригадах были сильные бригадиры, специалисты своего дела, в армянской бригаде руководил шустрый и сообразительный парень с редким именем Фома.
Слабым звеном двух этих коллективах были сами рабочие, так как у узбеков это были молодые парни, не получившие практически никакого образования и едва знавшие русский язык, а у выходцев из российских селений был один существенный порок: шибко выпивать любили, причем как на работе, так и вместо работы.
В армянской бригаде постоянно обновлялся состав, так как Сурик выгонял алкашей с работы, а на их место брал новых рабочих, которых заново приходилось всему обучать.
Именно по этой причине бригада славян однажды отстала с выполнением объемов, и чтобы наверстать упущенное им понадобилось бы несколько дней. И как назло в это самое время на объект приезжает главный инженер и спрашивает о готовности принимать бетон.
- Мы будем готовы в субботу, но после обеда – быстро заявил узбекский бригадир.
- Мы в понедельник сможем принять бетон – отрапортовал Фома.
- Нет, так не пойдет, давайте все в один день заливать, чтобы не пришлось два раза заказывать технику. Или в субботу, или в понедельник, говорите, когда.
Узбеки начали божиться, что если они зальются в субботу, то во вторник уже смогут принять бетон на следующее перекрытие, поэтому так и было решено: узбеки заливаются в субботу, после обеда, а Сурики – тоже в субботу, но до обеда.
Таким образом, бригадир славян был поставлен в крайне щекотливое положение, ведь ему, при первоначальном отставании в два дня, необходимо было обогнать узбеков и подготовить перекрытие к заливке раньше их. И сделать это надо было с малоопытным составом бригады.
В назначенный день с утра на объекте уже стоял бетононасос, подъехали миксера с бетоном, а перекрытие у Суриков еще не было готово. Они спешно завершали монтаж опалубки и довязывали арматуру.
Положение еще усложнял тот факт, что рабочие, уже имевшие опыт бетонных работ, именно в этот день вышли нетрезвыми на работу, а молодые рабочие в бригаде абсолютно не знали, что от них требуется.
Фома практически все доделывал сам: он и приваривал крепление опалубки, и выставлял недостающие стойки, бригада мало помогала ему, а у него просто не было времени объяснять каждому, что от него требуется в данной ситуации.
Когда, с горем пополам, опалубку все же выставили и арматуру уложили, пошел первый бетон из бетононасоса.
В таких случаях требуется не менее четырех человек: один должен направлять струю бетона со шланга, еще двое разравнивают смесь по поверхности перекрытия, а четвертый вибрирует уложенный бетон глубинным вибратором.
Но сейчас такой слаженности действий не наблюдалось, поскольку для большинства рабочих в бригаде это был первый бетон и они совсем не знали, что и в какой последовательности делать каждому из них.
Фома схватился за шланг и начал разливать бетон по перекрытию, но никто не схватился за лопаты и ровнежки, а молча наблюдали за ним.
— Чего встали? Стоять пришли сюда? Пошли вон отсюда! – Фома окончательно вышел из себя, понимая, что никто кроме него здесь принять бетон не сумеет.
Рабочие дружно спустились с перекрытия, а он продолжал бетонировать, периодически бросая шланг и разравнивая бетон по поверхности. Потом он вновь брался за трубу бетононасоса и разливал бетон по плите. И снова разравнивал. А товарищи по оружию молча смотрели на все его действия снизу.
Так Фома один принял 60 кубов бетона. Он еще пару раз заставлял подняться своих подопечных наверх, и два раза их выгонял оттуда, потому что они абсолютно ничего не умели делать. Под конец работы он уже просто болтался на рукаве бетононасоса.
Единственное, чего не сделал Фома в тот день, так это не провибрировал бетон. Но это и к лучшему, потому что сварка собранной наспех опалубки просто разлетелась бы под воздействием вибрации.
А по городу среди строительных бригад ходит городская легенда о том, что был такой строитель, который сумел забетонировать перекрытие один, без посторонней помощи.