С 1618-го по 1648-й года в Европе бушевала Тридцатилетняя война, в которую, так или иначе, были втянуты почти все европейские страны. Тридцатилетняя война по праву считается одной из самых кровопролитных войн до XX века, в ее ходе были опустошены целые области в самом сердце Европы.
Она носила религиозный характер, и ее причиной стало религиозное противостояние католиков и протестантов в Священной Римской империи.
Война делится историками на несколько этапов, решающим из которых стал последний – франко-шведский этап, в ходе которого в том числе католическая Франция на правах одного из самых сильных континентальных государств выступила на стороне протестантов.
В начальной фазе этого этапа столкнулись интересы Франции и Испании. Испания на тот момент обладала большой и сильной армией, но вынуждена была сражаться на несколько фронтов, что не давало ей развить свои успехи и Франция, воспользовавшись этим перехватила инициативу. Но всё бы ничего, если бы наступление французов не затормозил мятеж графа Суассона, недовольного правлением Ришелье. Граф бежал во Фландрию (территория современной Бельгии, тогда принадлежала Габсбургам) к испанцам и довольно быстро навербовал армию таких же недовольных как он. К нему так же примкнул герцог Буйон и даже испанцы прислали ему несколько полков.
"Мятежники", насчитывающие ок. 10-12 тысяч солдат, отнюдь не являющихся новобранцами, а также испанцы, элита того времени, ветераны десятков битв и войн, двинулись на Париж. Им противостоял французский военачальник Шатильон, который был храбрым и верным подданным, но военачальником весьма беспечным и ленивым. При виде вражеских войск он занял невыгодную позицию и, несмотря на то что время у него было, не захотел менять её. В результате атака французской кавалерии вверх по склону холма быстро была отражена, а вслед за конницей потерпела поражение и пехота. Испано-фландрийское войско праздновало победу. Путь на Париж был открыт! Но всё омрачилось тем, что графа Суассона убил шпион Ришелье.
Но есть и другая, более интересная версия: граф после битвы был вне себя от радости и гарцевал на коне с пистолетом в руке на поле выигранной битвы. Остановившись, он попросил воды и, чтобы поднести кувшин ко рту, стал поднимать забрало дулом пистолета, который выстрелил — и граф полетел на землю с простреленной головой. До сих пор идут жаркие споры как же было всё на самом деле. Но, так или иначе, после гибели своего вдохновителя его подчинённые, не имея столь хорошего военачальника разбежались.