Посмотрела ностальгические воспоминания о перестройке некоторых певцов, участников КВН и прочих деятелей. Воздух свободы, ликование, деньги чемоданами... Я не подвергаю сомнениям их воспоминания. Просто приведу свои.
Эти воспоминания почему-то у меня не складываются в четкую последовательную таблицу. Это такой хаотичный ком дискретных событий, которые хотелось бы забыть. Это моя "стена плача".
Я иду записываться в детскую библиотеку. Но библиотеки больше нет. Теперь это видеосалон. На дверях самодельная афиша с названием фильма, под ним пояснение в скобочках "(порнография)". Я смотрю на этот листок, аккуратно написанный тушью и широкими перьями, как стенгазета и радуюсь, что сын сидит в прогулочной коляске и ещё не умеет читать.
Порнография всюду. Даже в продуктовых магазинах есть стойки с прокатом кассет зазывно "украшенные" соответствующими картинками. Это показывают по телевизору. Даже днем.
У меня совсем нет денег. Мне выплачивают какое-то детское пособие. Точно помню, что в пересчете это составляло 2 (два) доллара. Мы тогда всё считали в только в них. Продавцы тоже не стали морочиться и напрямую начали выставлять цены в долларах, обозвав их условными единицами (уе).
Мы с подругами стоим в очереди. В детской поликлинике молодым мамам выдают гуманитарную помощь, по медицинской карте. Дождь, но мы стоим. Мужья (у кого есть) остались без работы, веерно закрылись предприятия. Даже завод красителей для ткани. Говорят, что поляки заплатили за закрытие, у них тоже есть такой завод. Нам выдали 3 килограмма сухого молока и яичный порошок. Мы смешиваем порошки, разводим водой и кормим детей омлетом.
В магазинах ничего нет. Мы с подругами держимся вместе. Кому-то знакомые "достали" большой монолит масла . Дорого, но это продукт. Скинулись последним, собираемся делить. Как? "Сейчас бы саблю", - хохочем, молодые. Кто-то принес гитару бывшего мужа, сняли струну, порезали вкривь и вкось. "Масло" странное... это даже не маргарин. Оно сильно пенится при жарке "омлета", плохо пахнет и становится серым. Мы ещё не знали слова "спред". Не знали, что могут обманывать так цинично. Даже нищих и детей. Даже знакомые.
Я еду к маме. Ей ИНОГДА выплачивают мизерную пенсию. Все сбережения превратились в пыль. Мама дает мне картошки, 2 трехлитровых банки домашних консервированных огурцов, варенье и компот. На обратном пути маленький сын устаёт, плачет: "Мама, на ручки!". У меня заняты руки непосильной ношей, ручки сумок впились в ладони... "Сынок, я нагнусь, а ты обними меня за шею и так повисни, ладно? Только смотри, крепко держись!". Меня шатает, но я не оставлю сумки. Это еда для моего ребенка! Иду, вытягивая шею поверх головки малыша и стараясь страховать его, висящего тяжелыми"бусами". Шприцы под ногами трещат...
В свой советский двор иду мимо завода. Там работало пол городка, я проходила там практику. Фидель Кастро приезжал, продукция брала призы на международных выставках, в столовой вкусные пирожки с повидлом... Всё рухнуло. Разбитые окна цехов, портреты передовиков в грязи. Во дворе вижу "чужих" - кто это? Живут в квартире Ольги, а где она сама никто не знает... Об этом мне рассказали бабушки, пряча глаза. Я смотрю на их потухшие лица, выцветшие платочки и у меня сжимается сердце. Я помню Ольгу. Тихую одинокую женщину, единственную обладательницу трехкомнатной квартиры...
Мы едем на оптовый рынок за брикетом окорочков, вскладчину. Там толпа стариков, ждут когда выкинут просроченные продукты. Торговец приносит коробку черных слизских бананов и высыпает их прямо на землю. Старики начинают драться за них. Остервенело. Я смотрю на это зачем-то, но у меня будто смазалось зрение, словно всё в замедленном темпе, как в кино... Еще долго меня преследовали воспоминания об этом.
Инфляция "съедает" зарплату немногих работающих. Выплачивают с большими задержками. Иногда зарплату выдают продукцией завода: посудой, тканью или шторами... Месячной зарплаты хватало на ... литр молока. Появились новые слова и понятия: новые русские, малиновые пиджаки, братки, киллер, бартер, рэкет, челноки, разборки, беспредел...
Детский сад закрыли, не рожают. По телевизору шахтеры бьют касками об асфальт, а женщина-политик с экзотической внешностью советует им собирать грибы и ягоды. Пьяный президент пляшет...
По всем программам убеждают, что Великая Победа была не нужна , а мы все ущербные. Военные и милиционеры переодеваются в гражданскую одежду перед выходом. Народ убедили, что носить форму стыдно. Кругом грязь и смрад. Иногда слышатся выстрелы и становится опасно гулять вечерами. На кладбищах появляются целые аллеи свежих захоронений молодых людей, словно война. Женщин вывозят в Турцию работать "танцовщицами". Обратно не возвращают. Все чаще "пропадают"одинокие старики...
В тот год отменили Парад 9 Мая. Скамейка и одинокий старик с орденами. Кучка мальчишек показывают ему средний палец и приказывают отдать "медальки". Я разгоняю их, но один сильно бьет меня ногой... Я поворачиваюсь к старику и вижу как он плачет. По детски. Размазывая слезы морщинистой рукой. Мне больно...
Кто-нибудь ещё хочет убедить меня в необходимости майданить что бы снова вдохнуть тот "воздух свободы"?!
Друзья, подписывайтесь, пожалуйста. Поддержите канал.
Мы все ещё делаем это, привычки из СССР здесь
Мы больше не делаем это, привычки из СССР здесь
Я её нашла! 40 лет поиска репродукции из советского журнала здесь