С Штайнмайером я познакомился при необычных обстоятельствах.
Это было в пору его работы в должности министра иностранных дел. Я встречался с одним из моих немецких коллег в кафе „Эйнштейн“ на Унтер ден Линден. В этом кафе, по утрам, часто завтракает немецкий политический бомонд - депутаты, министры, политики, журналисты. За кофе с кроуссаном или чем-то поплотнее, ведутся доверительные беседы, обмениваются информацией. Столики стоят тесно друг к другу так, что при желании можно хорошо слышать и видеть соседей. Но неписаное правило этикета в Эйнштейне - никто никого не подслушивает, не пытается выудить недозволенное и, если что и слышит, это умирает безвозвратно при выходе из кафе.
В этот день, а это был июль, в кафе было мало посетителей и мы нашли столик в дальнем зале, который находится в самом конце и не такой шумный. Разговор шел о сложной ситуации в Афганистане и мы часто и громко упоминали Россию. В это время в зал вошли трое посетителей и минуя нас, прошли к соседнему столику. Это был Франк-Вальтер Штайнмайер, его пресс-секретарь и третий - вероятно бодигард.
Они заказали напитки, закурили ( еще было можно) и тихо переговаривались. Первые минуты я внимательно смотрел на министра - не каждый день пьешь кофе за соседним столиком, потом перестали обращать на него внимание. Мы продолжили свой разговор, а Штайнмайер, наоборот, стал поглядывать в нашу сторону. В какой-то момент он вдруг взмахнул рукой, привлекая наше внимание и достаточно громко сказал: „Мы очень хорошо относимся к русским и к России“. Причем слово „Россия“ он произнес на русском.
Я ошарашено кивнул и машинально ответил „Ja, Herr Minister“. На этом наше первое свидание закончилось. Штайнмайер допил кофе и они ушли так же спокойно, как и появились.
Понятно, что наши соседи сразу распознали в моем акценте русского и министру хотелось неформально козырнуть. Встреча в кафе никого ни к чему не обязывала и в неформальной обстановке немецкие политики почти всегда ведут себя просто и без амбиций.
Кстати, первый раз о „неформальном Штайнмайере“, я услышал в 1998 году от его шефа, тогда министра-президента Нижней Саксонии Герхарда Шредера. В то время нынешний федеральный президент Германии работал шефом администрации Шредера в Нижней Саксонии.
Я брал у Шредера интервью, когда он принимал решение о будущем кресле канцлера. На мою просьбу дать мне возможность сделать интервью после того как он станет канцлером, Шредер сказал:“ Штайнмайер скажу, он внесет вас в список - пару слов по русски он знает“.