(by #Stalbi4)
1/ Гия Канчели ушел вслед за Марком Анатольевичем Захаровым. 2 октября 2019 года.
Я никогда не думал, что этот день настанет, как и все мы никогда не ждем такого дня. Уже много осеней подряд я вижу , как мои любимые герои, авторы, исполнители, писатели, музыканты композиторы, актеры, артисты смотрят в окно, на желтые листья и срываются с ветки, падая и уходя в землю. Осенью так много людей уходит.
Можно сказать, что они падают в небо. Уносясь ветром перемен, уносимые бессмертием своих нот и букв, своим талантом, который бессмертен. И сотни других слов, которые как-будто по инерции несутся за уже уехавшим автомобилем - эти лишь воспоминание о великом человеке.
В 2004 году, я еще абсолютно желторотый журналист, оказался в консерве, где Юрий Башмет играл произведения Канчели. Был обычный день, это было одно из нескольких мероприятий, на которые я был аккредитован и несмотря на то, что я вырос в семье музыканта, вырос - в прямом смысле "под роялем", в тот день - так уж вышло - я приехал туда голодным. Хотя мама всегда учила меня брать бутерброды с докторской, что в театр, что музыкальную школу. И вот результат: мысли не могли успокоиться и я мечтал о банкете. Которого, конечно не будет. Кто будет накрывать стол в консерве?
Между тем, это был тандем Башмета и Канчели. "Оплаканный ветром" - красивейшая музыка, которая не могла не задеть чувств, но как назло мои чувства были заняты совсем не внутренней грустью. Вместо погружения, я стал испытывать смешанные чувства - я ощущал, что трачу здесь свое время впустую. В какой-то момент я вышел из зала и пошел позвонить. Мне нужно было разобраться с этим своим раздражением, причиной которому был, возможно, не только голод. Я был молод, слишком молод, чтобы отличать истинную причину перепадов настроения.
Позвонив, я неторопливо пошел обратно, но вдруг ощутил запах сигарет в здании консерватории. Кто-то курил. Я не удержался и пошел на запах -это казалось чем-то провокационным.Кто-то нарушал правила! Запах исходил из мужского туалета. Дверь была закрыта и я открыл ее. Там, внутри, стоял Гия Канчели и курил. Я вошел и увидел его печальные и одновременно лукавые глаза. Он кивнул мне. Я машинально кивнул в ответ. Я не хотел ни в туалет, ни мыть руки, но уйти отсюда я уже не мог. Сигарет не было тоже не было. Я не могу сказать, что я был курильщиком, но сейчас это кажется знаковым моментом, так как я не очень пожалел, что не имел сигарет, и мне пришлось... да-да, мне пришлось стрельнуть сигарету у Канчели.
-Вы не угостите меня ....? - осмелился спросить я, сделав жест рукой, как-будто курю невидимую папиросу.
-Да, пожалуйста, - ответил он и протянул мне сигарету. Где-то в этот момент играла музыка, его музыка. В этом здании играла его музыка, понимаете? Кажется он даже посвятил ее Юрию Башмету. А сам - отлучился в туалет - покурить. А значит и подумать. Или я придумываю за него, как это и бывает, когда стоишь рядом с гением, куришь сигарету, смотришь на него украдкой и представляешь, что он мечтает о чем-то удивительном сейчас. А он, может, думает в этот момент об играющих с котенком детях или о какой-то простой чепухе. Но ведь это неважно, главное, что я оказался рядом с думающим композитором, который заставлял таких мэтров как Данелия, как Гидон Кремер, как Башмет - как тысячи других - верить в свой путь и любить его музыку. Падать в нее.
Он очень быстро докуривал, а я так ничего и не спросил у него. Мозг завращался в панике.
- Простите...-выдавил я из себя.
Он посмотрел на меня и я понял, что не могу сказать ничего. Вообще ничего. Я замер, глядя в его добрые глаза. Я не мог выдавит ни звука.
-Простите....
-Это ничего, - сказал он мне. - Это так бывает, да....- сказал он и затушил окурок под струей воды из раковины.
-Спасибо, - зачем-то сказал я. Он ничего не ответил и еще раз улыбнулся глазами. И ушел. И я остался с сигаретой, которую даже не хотел курить. Но, вот он ушел и я захотел ее курить. И выкурил. И затушил в той же воде. Жест в жест повторил его действия и пошел в зал вслед за ним.
2/.
В 2012 году я оказался в Казани. Это было так неожиданно, что я и не помню, какое у меня было задание. Сейчас это уже точно не представляется таким важным. Но я все-таки помню, что поразило меня особенно и совершенно случайно. Это был ноябрь, я был одет в пальто с оторванным карманом. Я зацепился карманом за парапет на набережной, когда перелезал, чтобы выпить в одиночестве бутылку красного портвейна. Пил и смотрел на воду, нагнетал в себе чувство прекрасного, но по-прежнему не чувствовал ничего.
Мне было никак, опять я оказался со своим испытанием. Я не чувствовал ничего, глядя на реку, не ощущал ничего допивая вино и знал, что ничего не почувствую позднее, когда пойду по городу. Моя съемка должны была случиться на следующий день а в этот мне нужно было как-то занять себя. Застегнув пальто я двинулся в сторону дороги и прошел мимо афиши: там было сказано, что Юрий Башмет будет играть "Стикс". На афише была фамилия Сладковского. Я понял, что могу успеть доехать до Государственного Большого концертного зала Сайдашева и даже успеть на концерт. Разумеется я так и сделал, но внезапно понял, что такси и бутылка портвейна забрали все мои деньги и я не могу попасть внутрь. У меня стандартно не хватало денег. Это может показаться неважным, но поймите - нищий журналист, с запахом перегара, порванным пальто - трется у входа в к\з. Драма? Да, нет - обычное дело. Я смотрел на людей вокруг, празднично одетых, кто-то шел с цветами, а я терся у ступеней, глядя на окружающих, в смешной надежде, что увижу кого-то знакомого.
И вдруг появился Гия Канчели. Шел на меня прямо! Он был не один, кто-то с ними оживленно разговаривал и он смеялся и было ощущение, что он очень быстро идет, хотя на деле, он неторопливо вышагивал, просто мое воображение разыгралось. И я смотрел на него, выпучив глаза.
Он поймал мой взгляд и улыбнулся сквозь усы.
-Ну, что не пускают? - вдруг спросил он, проходя мимо .
-Нет, - затараторил я. - Не пускают, нет денег, не получается попасть....-
-Пойдем, пойдем, - сказал он, беря меня под локоть. Рядом кто-то засмеялся, я ошарашенно семенил рядом с Гией, а он уже отвечал на вопрос кого-то, кто шел с другой стороны. Я стал частью его окружения, казалось, что меня впустили в круг друзей Канчели. Конечно, это было мимолетно, но как много это значит для человека, который начинает ощущать свою ненужность. Разве это не важно, что тебя кто-то поддерживает в трудную минуту? Наверное, очень важно.
Мы подошли ко входу и никто даже не спросил у нас билетов, просто двери как-то распахнулись и мы вошли. И везде горел свет, пахло разными духами и охранник подбежал к Канчели и пожал ему руку, тот совершенно искреннее ответил на рукопожатие.
-Мы тогда с вами курили в консерватории в Москве... в туалете. -вдруг сказал я, все еще находясь "под крылом".
-Да? - удивился он. - Это я заволновался тогда, - он засмеялся. - Я обычно в туалетах не курю, но тогда что-то нашло...
-Я вообще не курю, - перебил я его, - Но увидев вас, решил закурить.... Попросил у вас сигарету...
-Иногда можно, -сказал он мне, - Но лучше не увлекаться, а то потом не бросишь никогда, я вот уже не брошу никогда точно!
- Спасибо за то, что провели сюда , - поклонился я.
- Да, что там, нормально все...- махнул он рукой и уже уносился дальше, мимо меня, пока я машинально пытался сунуть руку в рваный карман. Зачем? Зачем- то.... хотел что -то подарить ему. Что я мог ему подарить?
Мозг мой зашумел: "догони и спроси его про Пярта, спроси про Шнитке....!" "Что спросить ?" - начал лихорадочно думать я, но Гия уже был далеко, а я остался стоять, думая, что же спросить у него. И так ничего и не спросил. Концерт был для меня, как в тумане, было жарко, я засыпал от вина в моем теле, но было ощущение, что я все-таки попал на чудо.
Позднее, в 2013 году я услышал, что Гия написал "Ангелы печали", посвященное Михаилу Ходорковскому. Начал копать и узнал, что Гия также не признавал политику В.Путина и неодобрительно высказывался о ней. Хотя проблем с тем, что кто-то играет его музыку в России у него не было. Можно спорить со мной сколько угодно, но для меня всегда очень важно было, чтобы те, кого я слушаю и люблю подтверждали мои выводы. И Гия, уж точно, имеет право на свою точку зрения.
Эти листья падают сегодня на землю, в моем сердце играет печаль, но именно такие люди, оказали на меня впечатление, которое утвердило мои собственные приоритеты. И я благодарен не только за музыку, Гия, я благодарен за вашу доброту и ваши взгляды.