Слово «самурай» происходит от старинной неопределённой формы глагола «служить»… то есть самурай — служилый человек. Самураи — не только воины-рыцари. Они были и телохранителями своего даймё или сюзерена, и в то же время его слугами в повседневной жизни.
(https://ru.wikipedia.org/wiki/Самурай)
Самураем в средневековой Японии можно было стать, только получив это звание по наследству. Мальчиков, как правило, воспитывали в духе бусидо с самых первых дней. Воспитать нужно было физически и морально сильного человека, полностью владевшего военным искусством.
1. Недетская детская мотивация.
Вместо сказок будущим самураям родители рассказывали о войнах, и различных событиях в японской истории. В них герои либо побеждали, либо, героически погибали. Такие рассказы, с одной стороны, вызывая восхищение, способствовали желаниям ребенка самому стать таким же, с другой - готовили к неизбежной смерти. Также благодаря им юные самураи запоминали способы поведения в различных ситуациях.
2. Начало пути.
Мальчиков учили владеть своим телом и своими чувствами. Родители, действуя из лучших побуждений, добивались, чтобы ребенок молча мог терпеть боль, холод, голод и другие тяготы, которые могли встретиться ему в жизни. Ребенка будили еще до рассвета, оставляли в нетопленой комнате, могли лишить еды. Для обучения чтению и письму детям нужно было в любую погоду довольно далеко добираться до храма или монастыря почти без одежды и босиком даже зимой. Побеждать страхи они должны были, оставаясь на ночь на кладбище одни или у эшафота рядом с обезображенными трупами.
3. Приобщение к военному искусству.
В пять лет маленькому мальчику вручали меч. Он начинал осваивать плавание, верховую езду и джиу-джитсу, затем стрельбу из лука, единоборство на копьях и фехтование. Все это тренировалось для практического применения. Например плавать нужно было уметь со связанными руками, ногами, в доспехах, быть способным сражаться среди бурных потоков горных рек.
4. Дисциплина и субординация.
Сын самурая с рождения окружался исключительной заботой, и обладал многими полномочиями. И в тоже время он должен был привыкнуть к четкой субординации.
К ней юного самурая приучали не нравоучениями, а ежедневной жизненной практикой. Ему приходилось кланяться вместе с матерью, носившей младенца за спиной. Он видел, что в домашней иерархии отца-самурая, каждый член семьи имеет свое место и титул. Чувствовал разницу в обращении сестер к братьям и братьев к сестрам. Так мальчику начинало казаться совершенно естественным, что мать кланяется отцу, средний брат — старшему брату, а сестра — всем братьям независимо от возраста. На такую базу без проблем накладывалась конфуцианская мораль и абсолютное подчинение сюзерену.
5. Церемонии.
Сразу четыре церемонии, следовали буквально сразу после рождения маленького самурая: вечер первого, третьего, пятого и седьмого дня. На седьмой день отец давал имя ребенку («детское имя»), мальчика в пеленках первый раз показывали родственникам и друзьям, которые традиционно дарили ему два веера изогнутой формы.
На сто двадцатый день ребенку давали пробовать твердую пищу. Церемония символизировала приобщение к миру самураев, и принятие будущего собрата. Желая крепкого здоровья, и безбедной жизни, гости дарили мальчику один или два (согласно рангу отца) маленьких игрушечных деревянных меча.
Теперь в пятый день пятого месяца по лунному календарю ребенка ждали ежегодные праздники мальчиков. Изготавливались и выставлялись в доме маленькие куклы в доспехах, с мечами, луками и стрелами. Так воспитывали уважение и благоговение к военному снаряжению, ведь играть во все это было нельзя. Благодаря таким праздникам и церемониям будущие самураи учились понимать красоту мира через эстетику природы, одежды, угощения. По этой же причине мальчикам не запрещалось играть в куклы в другие дни. Интересно, что куклы, часто были парными – мужчина и женщина.
В пятнадцать лет юноша уже был настоящим самураем: «спокойным, как лес, неподвижным, как гора, холодным, как туман, быстрым, как ветер, в принятии решения и яростным в атаке, как огонь». Его принимало сообщество воинов.