Есть такое выражение: «Сама сытая, и ребенок при ней». Это про женщину, которая вынуждена устроиться на работу в детский сад. Вопреки желанию и призванию. И за этим гадким выражением – мнение, что женщине будто больше ничего и не надо. Что тепло и сытость – предел, тупик, в котором застряло счастье.
У меня была соседка, с юности мечтавшая стать бухгалтером. Она мне говорила, что в неподвижной теплоте офиса, в законченности раз и навсегда заученных движений руки и ума – покой. Ей казалось, что стены бухгалтерии – уютная и безопасная бухта, укрывающая от жизненных бурь.
Прошли годы, и в одной из уралмашевских бухгалтерий бок о бок стали работать мамочка и дочка – мои соседки. То есть дама и дочери открыла дверь в офисную гавань: сама в тепле, и ребенок при ней. Утром они с достоинством выходили из подъезда, вечером возвращались с тяжелыми продуктовыми сумками: вот оно – счастье!
Как-то столкнулся со старшей бухгалтершей. На лице – следы беспокойства. Оказалось, что дочь взбунтовалась: тупик с застывшим в углу счастьем вдруг ей разонравился. Она принялась печь дома пироги, торты, пиццу и продавать. Прошло еще какое-то время. Снова встречаю соседку. И она, не скрывая радости, поведала, что присоединилась к дочери. Теперь они вместе пекут, ищут клиентуру, расширяют «производство» и прочее, прочее, прочее. Мне запомнились слова: «Когда дочь ушла из бухгалтерии, я чуть не запила с горя – знаешь, как сердце болело». Я хорошо ее понял, потому что она, узнав, что я решил покинуть кафедру ради газетной работы, говорила, что «родина потратила деньги на твое образование», а я этого не оправдал и оказался «летуном». Что это дурной пример для моей дочери. И смотрела с превосходством на меня. И с укором. Вот так.
Нина Берберова утверждала, что быт и хлеб насущный – горизонтальная плоскость существования, что ей интересны те, которые « хотят и могут жить в вертикали». Человек не должен смотреть только под ноги. Он просто обязан искать ступеньки, по которым можно подняться. И об этом мне говорила в интервью еще одна дама – Лариса Ренар. Наверное, в этом признак нашего времени.