Этот блог посвящен тому, как одеты литературные герои. Сегодня поговорим о модниках по-московски и модниках по-питерски.
Тема эта стоит отдельного исследования: в неё можно включить и Анну Каренину с Долли Облонской, и Наташу Ростову и Элен Курагиной, и даже метаморфозу Татьяны Лариной. Потому для начала просто остановимся на кратком, но ёмком описании различий между московскими и питерскими модами, данном Н. В. Гоголем в "Петербургских записках 1836 года". Остальные сравнения оставим на потом.
"Петербург наблюдает большое приличие в своей одежде, не любит пестрых цветов и никаких резких и дерзких отступлений от моды; зато Москва требует, если уж пошло на моду, то чтобы во всей форме была мода: если талия длинна, то она пускает ее еще длиннее; если отвороты фрака велики, то у ней, как сарайные двери".
Раз уж речь идет о статье 1836 года, то пусть тут будут иллюстрации из 1820-х и 1830-х. Для простоты возьмем двух дам в одинаковых головных уборах. Пусть это будут, скажем, береты! В то время они были невероятно модны - да и сейчас не отстают.
Зубова одета однозначно богаче: демонстрация объемной меховой накидки, жемчугов на шее и на руке (как будто случайно попавшей на полотно), двух шикарных страусовых перьев на берете. Берет Зубовой надет на манер чепца: имеет ленту, повязанную под подбородком. Всё вместе придает несколько затрапезный вид, но можно быть уверенными, что не по бедности: Зубова унаследовало всё громадное состояние своего отца - знаменитого полководца! Зато Толстая запечатлена в бальном туалете, и берет у нее очень модной конструкции: двухчастный, из бархата разных цветов. Вероятно, на этом портрете она несколько моложе Зубовой - но обеих дам роднит неудача в личной жизни: первой отец долго выбирал пару - а попался пьяница и волокита, а вторая ушла от мужа через полтора месяца после рождения сына. И портрет этот был написан явно после того, как Анна стала матерью. А еще обе носят похожие прически: мелко взбитые на лбу локоны.
Обратимся снова к цитате из статьи Гоголя:
"В Петербурге, на Невском проспекте, гуляют в два часа люди, как будто сошедшие с журнальных модных картинок, выставляемых в окна, даже старухи с такими узенькими талиями, что делается смешно; на гуляньях в Москве всегда попадется в самой середине модной толпы какая-нибудь матушка с платком на голове и уже совершенно без всякой талии".
Если петербургские "пиковые дамы" и в старости желали поражать воображение юнцов, то московское купечество продолжало немногословно намекать на свою финансовую состоятельность. Не беда, что купчиха носит простонародный повойник (а не модный берет, как графиня Зубова), зато шаль у нее стоит целое состояние. Другое состояние стоят жемчуга и кружево. А материал платья отливает так, будто это бархат или другая дорогая материя. Москвоведов тут, конечно, сразу озаботит вид из окна. Они вполне могут объяснить и степень престижности расположения дома - судя по очень характерному силуэту колокольни.
Ну а на закуску, иллюстрации из книги Ольги Лукас "Поребрик из бордюрного камня". Питерская и московская девушки на первом свидании с юношами из другой столицы:
Это, конечно, не более, чем шутка, но в иллюстрациях к "Поребрику" москвичи и москвички носят короткие пальто, темные очки и наушники, а питерцы и петербурженки - длинные пальто и шляпы-цилиндры. Продолжать не буду: дальше вы и без меня справитесь.
Подписывайтесь на мой канал "Мода в книгах". Это только начало - дальше будет интересней!