Смерч в Анапе, из воспоминаний очевидца.
Было около 7-ми часов утра, хотя идти так рано никуда не было нужно, но «разбудило» выпитое накануне вечером энное количество пива. Вставать было неохота, но и дальше спать «вчерашнее пиво» не давало. И в этом момент, за дверью (а надо сказать, что спал я в маленьком, кирпичном сарайчике), поднялся ужасный шум (причем резко), непохожий ни на шум от сильного ливня, ни на сильный ветер. Испугаться или прийти к какому-то выводу, я просто не успел, поскольку секунд через 15-20 шум так же резко прекратился, как и начался.
⠀
Вот тут и начались раздумья — что это было... Окошка в сарайчике не было, поэтому улицу видеть я не мог и мысли лихорадочно перебирали возможные причины этого шума. Первая и самая страшная (а это было время разгара «холодной войны») - на Новороссийск сбросили атомную бомбу, а до Анапы дошла ударная волна. Сейчас это может выглядит смешно, но тогда было не до смеха.
⠀
Конечно нужно было выйти и посмотреть, но наличие «возможной радиации» на улице — останавливало. И тут раздался голос соседа - « У нас забор повалило», любопытство пересилило «возможную радиацию» и я пулей выскочил из сарайчика (по пути избавившись от «вчерашнего пива»). Увиденная мною картина, превзошла все ожидания — забор валялся на тротуаре, вишня и абрикос были поломаны у самого корня, на кабелях свисали с крыши ТВ антенны. На вопрос — Что это, сосед дал исчерпывающий ответ — Смерч прошел!
⠀
Выйдя на улицу, я увидел настоящий бурелом из поваленных деревьев, по дороге не то, что на машине нельзя было проехать, пешком пройти вызывало сложности. Конечно первая мысль от увиденного — «пипец Анапе», и я конечно сразу рванул к другу, что бы обсудить увиденное (и заодно проверить — а не осталось ли у нас пиво..:)).
⠀
Каково же было моё удивление, когда выйдя на соседнею улицу, я не увидел даже капли тех разрушений, что были на моей. Ни поваленных деревьев, ни унесенных антенн, даже цветы в палисадниках цвели, как ни в чем не бывало. Думаю, значит Анапа пострадала не вся, а только часть, но как оказалось потом, пострадала только моя улица.