"Чужие письма" (1975) - советский фильм Ильи Авербаха. Он рассказывает об отношениях девятиклассницы Зины с учительницей Верой Ивановной (Ирина Купченко). Зина выросла в проблемной семье, Вера Ивановна пожалела ее и позволила пожить у себя.
Однако характер у Зины оказался своенравный, властный, и она стала пытаться командовать. В результате разгорелся конфликт, который интересно рассмотреть с точки зрения психологии.
- Вера Ивановна, вы никуда не пойдете.
- Ты что, мне приказываешь?
- Да, я вам приказываю. Если не умеете вести себя... Сразу побежали.
- Да что с тобой, совсем забываешься.
- Ночь на дворе.
- Но меня ждут.
- Подождут.
Зина забрала ключ и села на кровать.
- Вера Ивановна, я вам только одного добра желаю.
- Отдай ключ!
- Сами же потом спасибо скажете.
- Сейчас же встань и отдай ключ!
- Ложитесь, Вера Ивановна.
Оцепенела Вера Ивановна, заледенела от шока. Вдруг ощутила себя маленькой девочкой, которой приказывают страшные большие взрослые. Какая-то часть внутри - боязливая, детская часть подала голос: "А может, подчиниться? А давай, согласимся? Ляжем спать, как говорят". Но другой, мощный внутренний голос прорычал в ответ: "Как же так, я взрослая женщина, а это кто передо мной? Как смеет она кричать на меня? Как смеет подавлять?".
И задрожали руки Веры Ивановны, буйную силу ощутила она. Почти бесконтрольную, почти вырвавшуюся наружу.
- Зина, сейчас же поднимись и верни ключ на место. Или мы с тобой поссоримся окончательно. Ты завтра же отсюда уйдешь. А после каникул ты будешь учиться в другой школе.
- Да? - Зина встала. - Вы мне не грозите.
Она все больше входила в роль то ли строгой мамаши, то ли карающего судьи.
- Встать!! Когда со старшими разговариваешь. Достань ключ и отнеси его туда, где взяла.
- Пожалуйста. Нате, бегите, - Зина протянула ключ. - Мне-то что?
- Замолчи! А теперь отнеси, молча.
Зина замолчала, лицо изменилось, появилась гримаса злости.
- Вам, значит, можно на меня кричать. А мне слова нельзя сказать? Не получится. Я вам не приживалка, вам Шурик деньги за меня принес. Да, а вы не берете, чтобы теперь помыкать? Бедную родственницу себе нашли! Зиночка, подай, Зиночка принеси!
Зрачки сузились, шея выпятилась вперед. Грозную силу ощутила Зина внутри. Где-то на задворках сознания звучал слабый детский голос: "Что ты делаешь? Ты лишь подросток, а это взрослый человек, учительница!". Но оставался неуслышанным это слабый голос.
И тут раздался звук пощечины. Бурная эмоциональная сила выплеснулась наружу. Вера Ивановна тяжело задышала. Тут же послышался голос внутреннего критика: "Что же ты делаешь? Это же лишь девушка-школьница, по сути, еще ребенок!".
Смешались разные чувства: стыд, сожаление, и все же еще и удовлетворение.
Ошеломилась Зина, оторопела, прижала руку к щеке. Гнев уступил место безмерному удивлению.
- Вы меня ударили? - прошептала она.
Дальше ситуация могла развиваться по-разному. Если бы в Вере Ивановне возобладал внутренний критик, она могла бы приняться извиняться. Это, конечно, усилило бы субличность "нахальной Зины", и она стала бы продолжать свои манипуляции.
Но судя по всему, Вера Ивановна просто ушла, и обе участницы конфликта принялись осмысливать произошедшее. Голос разума есть у каждого человека, был он и у Зины. Наверняка возникло понимание, что она сама спровоцировала пощечину. Но конечно, в мысли вмешивался и голос обиды.
В этом эпизоде хорошо показано нарастание конфликта и его причины. Чрезмерная агрессивность и несправедливое отношение нередко становятся поводом для рукоприкладства. Размышление над подобными ситуациями может сыграть профилактическую роль, стать способом сделать более осознанным выбор вариантов поведения.
Если вам интересны новые материалы о психологии кино, ставьте лайк и подписывайтесь на канал.