"Мальцов сошел с ума - тратит на мужиков все деньги" (Княжна Урусова)
Эти слова фрейлина, "кружившая всем головы" в среде российской столичной элиты, распространяла о своем муже, генерал-майоре в отставке Сергее Мальцове, попытавшимся насадить на российской почве то, что называется "социально ответственным бизнесом".
Как и многие дворяне в Российской империи, учившиеся у приглашенных из Европы учителей, Мальцов прошел курс естественных наук, владел французским, английским и немецким языками, но особенно его увлекала механика. Поездка на Запад, где он видел новинки промышленности, а затем служба у принца Ольденбургского, решившего создать первое в России училище правоведения, расположили Мальцова к тому, чтобы основать в России железнодорожную промышленность. Для стартапа у него были более чем выгодные позиции: даровая рабочая сила в виде крепостных, да заводы, открытые предками - промышленниками.
Строительство началось с изготовления первых рельсов и паровиков для дороги из Санкт-Петербурга в Москву. Позднее свои 11 металлообрабатывающих и механических заводов и 8 фабрик Мальцов свяжет узкоколейной дорогой, которую спроектирует лично. А затем соединит все свои предприятия шоссейными дорогами и первым в России частным телеграфом.
Однако тема этого поста - не техническое новаторство, а христианское отношение Мальцова к работникам.
Работа на его предприятиях была, конечно, тяжелой, но такой она была и в Европе. Зато у Мальцова она компенсировалась системой социальных гарантий. Он строил рабочим каменные домики городского типа, на 2-3 семьи, с усадебной землей для огорода; им бесплатно отводилась земля для выгона скота и отпускалось топливо. Для престарелых и одиноких были устроены богадельни, выплачивались пенсии вдовам. С целью гарантированного материального обеспечения рабочих своего промышленного округа Мальцов ввел в обращение свои денежные знаки — талоны номиналом от 3 копеек до 5 рублей. На эти «записки» рабочим отпускались товары повышенного спроса по ценам значительно ниже рыночных. Руководителей для производства старался найти из своих бывших крепостных. Заставлял всех освоить грамоту.
Что мы знаем о его личном быте? "Не пил, не курил, ел мало, носил простой сюртук из серого сукна, похожий на старый русский кафтан". Мальцов не пропускал ни одного православного праздника, и наравне с мастеровыми пел в церковном хоре. Любил читать на Литургии Апостол.
Храм во имя Преображения Господня в селе Дятькове, построенный его отцом рядом с хрустальной фабрикой, Сергей Мальцов украсил хрустальным иконостасом. А еще говорят, что во время эпидемий холеры он ухаживал за больными холерой, не боясь заразиться - "Бог покроет".
В общем променял столичную элиту на мужиков. Ради чего? Ради внедрения в России современных технологий и устройства для работников комфортных условий, или, как это часто называется "достойной жизни". Удивительно ли то, что за этим последовало?
В 1875 году чиновники из Департамента железных дорог, заключившие с Мальцовым договор на изготовление 150 паровозов и 3 тысяч вагонов, нарушили обещание, разместив заказы за границей, в то время как он вложил в это дело более двух миллионов рублей. После этого, не получая прежних денег, его жена Анастасия Урусова - приближенная императрицы, и объявила, что Мальцов сошел с ума, потому что "тратит все деньги на мужиков" (бывших крепостных)...
За 160 лет до этого в истории российской элиты произошел такой случай. В 1714 году русская армия под командованием князя Михаила Голицына разгромила шведскую армию в Финляндии. Петр I наградил за это князя 10-ю тысячами рублей - громадной по тем временам суммой, а тот возьми, да и закупи на все эти деньги сапоги для своих солдат, замерзавших в финских снегах. Услышав об этом, первый вор среди тогдашней российской элиты - "светлейший" Алексашка Меньшиков воскликнул: "Да этот Голицын - прямой дурак!"
...В 1893 году, во время поездки в Санкт-Петербург, Сергей Иванович Мальцов, лишенный по приговору петербургского суда всех капиталов, скончался от кровоизлияния в мозг. Тело его было перевезено в Дятьково, где его встречали десятки тысяч рабочих, молившихся за своего благодетеля, хор из двухсот певчих и многочисленное духовенство построенных им церквей.