Когда смотрю на фотографию с ярким осенним панно, я не могу не улыбаться, вспоминаю- какая удивительная история связана с ним.
В начале осени я получил заказ на оформление входной зоны выставки к Осеннему Вернисажу.
В день монтажа, перед открытием выставки я был на месте с огромной папкой в салоне авто, в багажник не влезла. В папке лежали заготовки - плоские панели, различного размера и геометрических форм. По задумке из них должно было собираться панно в стилистике калейдоскопа -ярких осенних цветов. Я был доволен идеей и уже представлял какое впечатление все это будет производить на посетителей выставки! Панели мне вырезали лазерным ножом на заказ по шаблонам, которые я подготовил в специальной графической программе.
На проходной оказалось - нужно оформить пропуск. Вокруг было куча народу - художники, носильщики и крепкие ребята в рабочих комбинезонах. Все вносили ставили, переставляли вещи. Свертки, папки, картины, тщательно упакованные, мелькали тут и там. Я удачно пристроил свою папку в уголок и занял очередь к окошечку администратора. Творческий народ активно общался, у окошечка кто-то громко спорил. -"Я заслуженный художник! Меня все знают! Почему я должен здесь терять время?" возмущенно кричал упитанный мужчина в вельветовом пиджаке, утирая гладкую лысину платочком. Очередь оживленно гудела, кто-то смеялся.
Когда я , наконец-то прошел через все препоны и счастливый вылез из толпы с драгоценным пропуском в руках - холл заметно поредел. Деловитые мастеровые переместились в выставочные залы, захватив с собой большинство экспонатов. Я кинулся в свой заветный уголок... папки на месте не было! Я безрезультатно обежал все углы, и кинулся в залы. Еще теплилась надежда быстро найти папку среди вновь прибывших вещей. И тут я понял, что большинство художественных работ упакованы именно в такие же, как у меня, стандартные черные папки на молнии... Внутри у меня все замерло, а по позвоночнику пробежал неприятный холодок. Видимо какой-то рассеянный художник прихватил мою папку, приняв за свою. Я понял, что папка найдется не раньше, чем развесят все картины. Но тогда уже будет поздно заниматься монтажом. Мозг лихорадочно искал выход. Срочно сделать копию панелей в ближайшие часы не представлялось возможным. Я обошел еще раз все залы, расспрашивая и высматривая, но опять без результата.
Тут я столкнулся нос к носу с директором выставки.
- Ааа... Иван Иванович! А я Вас везде ищу. Ну как наше панно? Открытие завтра в 10-00. Все должно быть готово до вечера. На ночь зал закрывается.
-Конечно, конечно Николай Николаевич, все будет в лучшем виде!
Ну не мог я ему сказать иначе, не мог омрачить его радостного предвкушения и навлечь на себя все кары небесные. Николай Николаевич, обычно радушный и обходительный, по словам художественной братии - не выносил накладок и был страшен в гневе. И я удвоил старания в поисках папки. Наматывая круги по залам в разных направлениях, я осматривал все углы, вырывал из рук обалделых художников папки, показавшиеся знакомыми, но увы! Моей бесценной папки нигде не было...
В отчаянии, я забрел какую-то каморку, в ней стоял небольшой диванчик. В изнеможении опустившись на него, уже не помню как - заснул. Обычно, когда передо мной стоит неразрешимая проблема - я часто предпочитаю соснуть часок, другой. Если за это время проблема не разрешиться сама собой, то хотя бы прибавится сил.
Вскочил с дивана я в оглушительной тишине. Выбежав в залы, я понял, что уже ночь, галерея закрыта и я здесь совершенно один. В центральном зале , за колонной я сразу заметил знакомый потертый край своей папочки! Содержимое было на месте и я с остервенением приступил к сбору панно...
Утром, группа уборщиц была поражена представшей их взорам душераздирающей картиной:
Посреди упаковочных пакетов, на стойке ресепшн, в неестественной позе, в обнимку с клеевым пистолетом, спал помятый мужчина, и счастливо улыбался во сне. А за ним, на стене висело немыслимой красоты, яркое осеннее панно.
