Эта неделя тянулась бесконечно долго и, одновременно, улетала со скоростью света. Виной тому были бесконечные колебания - оставлять в эту пятницу Богдана на ночь или нет.
То мне казалось, что я больше не в силах с ним расставаться, и меня бросало в жар. Тогда я мчалась в магазин и покупала новое нижние белье.
То на меня накатывала неуверенность, и я боялась его отказа. Тогда портилось настроение, а слезы так близко подступали к глазам, что было достаточно малейшего повода, и они ручьями катились, размазывая тушь по щекам.
Днем я могла по нескольку раз переодеваться, прикидывая как будет смотреться вечером та или иная цветовая гамма одежды. Выверяла её сочетание с нижним бельем и прической. Иногда отбрасывала всё, уверенная, что не смогу найти верного решения.
А вечером, когда приходил Богдан, выпытывала у него, какие цвета ему по душе.
Не один час я провела за туалетным столиком, вновь и вновь перебирая блоттеры в попытке однозначно ответить на вопрос - какой аромат выбрать на этот вечер.
Колебания преследовали меня. То мне хотелось загадки и зова, то восточной буйности, то холодной тонкости, то просто цветочного рая... Потом я доставала кружевное белье, раскладывала на нём разные блоттеры и пыталась понять к какому цвету подходит тот или иной запах.
Мне казалось, что к витым кружевам темно вишневого цвета подходят все ароматы. А его выбор будет зависеть только от того, какой в этот вечер буду я сама - загадочно?, намекающей?, зовущей?, страстной?.. или холодной?
Но...Но уж это-то зависило совсем не от меня. Я знала, что буду следовать за чувствами и действиями Богдана. Во мне вызревал ответный всплеск его порывам.
Пятница была вторым днем полнолуния. И я, в четверг, провела обряд, прося у луны в дар красоты небесной. Тогда же я окончательно выбрала белье, платье в пол, прическу и духи.
Макияж был подобран мною давно, и для этого вечера у зеркала лежали необходимые тени, тушь и пять помад различного цвета.
Спать легла я очень поздно, но заснула только на заре, обуреваемая ожиданием и тревогой. Как я провела пятничный день помню плохо.
Знаю только, что принимала то твердое решение распрощаться с Богданом, как всегда, не позднее полуночи, то была уверена, что он останется со мной навсегда.
Но к вечеру, продолжая колебаться, я сделала маникюр, надела все, что приготовила заранее, привела себя в порядок и чуть взбрызнула шею духами восточных дев.
Я не знаю, догадывался ли Богдан о моих грешных мыслях и желаниях, проник ли в глубину бесконечных колебаний, видел ли что-то не обычное в моем поведении. Не знаю. Но пришел он в вечернем костюме, как будто собрались мы идти в театр. Мы оба посмеялись над этим.
Посидев немного в саду, мы пошли в дом. На кухне я делала легкую закуску, разогрела в микроволновке шашлык, а Богдан носил все это в комнату.
Наконец мы сели за стол. Богдан предложил выпить шампанского, но мне захотелось поскорей успокоиться, и я предпочла выпить виски. Приятное тепло прокатилось по телу и осталось в ногах. Мир вокруг меня чуточку качнулся, и я засмеялась.
Богдан уже целовал мои руки, шею, губы и плотно прижимал к себе. Поцелуи были все жарче и жарче... Голова закружилась кругом и я подчинилась его воле.
***
Когда я открыла глаза, солнце играло на моей картине. Я лежала на постели укрытая легким одеялом. Около меня сидел пожилой мужчина в очках, белом халате и стетоскопом вокруг шеи.
Я хотела подняться, но он удержал меня и спросил:"Вас не тошнит? Голова не кружится?
-Нет.
Голова не кружилась, тошноты не было. - Богдан...Где Богдан?
Ничего не понимая, я поискала его глазами и вновь попыталась встать с кровати.
- Полежите ещё немного - сказал врач.
- Врач? -мелькнуло в голове. Я внимательно посмотрела на него.
- Ну да, врач. А кто же ещё?
- Доктор, что со мной? И почему вы здесь?
Сердце ёкнуло и меня охватила тревога.
- Богдан...Где Богдан? - почти шёпотом спросила я, предчувствуя страшное.
Врач, да, это был врач, рассказал, что Богдан утром нашел меня на крыльце без сознания, отнес сюда и вызвал скорую. Что сам Богдан находится сейчас в машине, и фельдшер обрабатывает ему рану на голове.
Что они вызвали ещё одну машину скорой помощи, что бы отвезти меня и его в больницу. Что у Богдана сотрясение мозга и рана на голове, требующая специального исследования. Что со мной - пока не известно. Требуется сдача анализов и наблюдение.
Я опять хотела встать, но он взял меня за плечи и со словами: "Тиши-тише...Мы сейчас пойдем к Богдану", сам, очень медленно, сначала посадил, а через некоторое время поставил меня на ноги. Я пошатнулась и почти упала на вовремя подхватившие меня руки.
Сил не было, и я вновь оказалась на кровате. Позже, когда подъехала вторая скорая, меня на носилках отнесли в машину. В открытую дверь первой машины я увидела Богдана.
Голова его была перевязана, а на смертельно бледном лице не естественно растянулось нечто подобное улыбки.
- Все будет хорошо... - едва уловила я его тихие слова.
Какое-то время еще была беготня, связанная с закрытием дома и калитки.
Затем мы медленно выехали на трассу и под серенное завывание понеслись в больницу.
***
Я с грустью наблюдала как начинает наш сад зарастать травой и впадать в запустение. Цветы мои, как выросшие дети, рассыпались созревшими семенами, перемешавшись с семенами лиан других цветов.
Где наша хозяйка мы не знали. Наступала осень.
P.S. "Диссоциативное расстройство личности –
-это целый комплекс психических нарушений личности.
Когда наступает диссоциация, отдельные процессы
изолируются от сознания и делаются в некоторой
степени независимыми."