Я всегда был довольно хилым. В школе меня вечно дразнили, и я вполне понимаю, почему. Вечно лохматый до жути опрятный ботаник, который абсолютно всегда выполнял домашнее задание и никогда не делал чего-либо запретного. Этакий маменькин сыночек, залюбленный заботливыми родителями.
Всё в моей жизни шло как надо, но мне было очень неприятно быть таким слабым. Я даже не мог есть определённую еду, хотя, возможно, это были домыслы моей мамули. К сожалению, я не смог поступить в университет по определённым причинам. Тогда я в кое-то веки решил принять решение самостоятельно и пошёл в армию. Это всё было в нулевые, никто не следил за состояние здоровья новобранцев, и меня приняли, поставив роковое слово "годен".
Естественно, меня не отправили куда-то в артиллерию, нет. Меня отправили в самое паршивое место, на Дальний Восток, строить дачи генералам. Работали мы круглые сутки, не покладая рук, еле успевали есть и спать. Я, худой очкарик с целым пучком заболеваний, таскал огромные брусья, цемент и кирпичи. Наверное, эта пашня помогла мне стать более мужественным.
Каждый день походил на предыдущий: работа, работа, работа. Но одно событие выбило меня из колеи надолго. Мой единственный товарищ, можно сказать, лучший друг, Серёга, доверительно мне сообщил, что Катенька-то глаз на меня положила. Мне было бы очень приятно, если бы эта самая Катенька не была женой нашего командира. Я, как всякий порядочный трус, стал трястись и бояться.
Ещё бы, ведь начальник запросто мог убить меня одним ударом в морду. Он одним своим видом внушал порядочный страх не только мне, но и остальным работягам. Высокий, широкий, как шкаф, он был удостоен нами прозвища Железный, за его непреклонность и несуразность внешности.
В один из тех серых дней, когда дождь идёт не переставая, а тучи выглядят, как плачущие младенцы, я разгружал очередной Камаз со строительными материалами. Тут-то Катенька и поманила меня к себе, в самом прямом смысле сказанного. Я уже предчувствовал весь ужас происходящего, но не подойти не мог, ведь она жена моего начальника. А Катенька просто попросила помочь ей отнести книги в местную библиотеку. Она бывала там часто, да что там часто, она там просто жила. Сам того не осознавая, я стал ходить в библиотеку, как только появлялась возможность. Всем вокруг, кроме меня, было понятно, что я влюблён. Но я до самого конца отрицал это всепоглощающее чувство.
В воскресенье, единственный более-менее свободный день, я, как обычно, пошёл в библиотеку. День выдался очень пасмурным, шёл ливень, но меня это мало интересовало. Я шёл к Ней, знал, что даже в такой день, Она будет меня там ждать, и оказался прав.
Это было самое лучшее воскресенье в моей жизни, пожалуй, именно тогда я переломил в себе эту боязнь перед противоположным полом. Я, как самый обычный влюблённый Дуралей, стал строить наши с Катенькой совместные планы на будущее. Вот, уйдёт она от своего мужа, мы переедем в мой родной Петербург, заживём вместе долго и счастливо и, конечно же, умрём в один день в окружении многочисленных внуков и правнуков. Как же я был далёк от правды!
Через неделю после того воскресенья меня вызвали к Железному генералу, вот где я прочитал все известные мне молитвы, вспомнил все существующие в мире суеверия, три раза постучал по дереву и поплевал через плечо. Я ожидал худшего, и оно не заставило себя ждать, правда, несколько в ином виде, нежели я себе представлял.
Меня отправляли домой, прямо вот так, без объяснения причин и права на отказ. Просто уезжаешь и всё тут. Я мигом побежал к Катеньке, чтобы рассказать ей эту новость, но её нигде не было. Больше времени у меня не было, и я уехал.
Чего я только не делал, как только не пытался с ней связаться, всё было без толку. Потом, где-то через год, я вернулся на свою строительную базу. Там мне и сказали, что Катенька родила милого мальчика Гришу и уехала с мужем на Кавказ к его родителям.
Тогда я всё понял, хотя лучше бы жить мне в слепом неведении. Катенька меня просто использовала, её Железный генерал не мог иметь детей, такие слухи ходили давно, но я в них не верил. Женщина, которую я боготворил, очень любила своего мужа и хотела своего простого женского счастья. А я-то дурак, повёлся…
Теперь, когда прошло уже десять лет с момента этих событий, я могу трезво оценить всю ситуацию. А ведь где-то там, на Кавказе, живёт мой сын и не подозревает, что его любимый Железный генерал ему не родной. Когда-нибудь я обязательно найду своего сына, обязательно найду…
Артем Шустрый