Будучи младшим репортером в Москве, я боялся ехать в Кремль. Это звучало гламурно, но предполагало многочасовое ожидание любой запланированной встречи Владимира Путина в этот день. Я не мог взять с собой ни вещей, ни компьютера, ни телефона, так что все, что я мог сделать, это сидеть, сидеть, сидеть. И мне это совсем не понравилось, ни капельки.
Я искренне желаю, чтобы, по крайней мере, в одном из случаев, когда я был обречен ждать удовольствия Путина, я мог бы прочитать превосходную биографию Кэтрин Мерридейл об этой треугольной крепости в центре Москвы. Вместо бесплодных часов разочарования я бы понял, как стара практика заставлять посетителей ждать, как это самая грубая из игр власти. Я бы скорее посмеялся над Путиным, чем разозлился, потому что его попытки запугать нас, ничтожных посетителей, были так слабы по сравнению со славным театром его предшественников.
Возьмем Ивана Грозного. Когда в 1553 году группа английских моряков, искавших черный ход в Индию, наткнулась на север России, их вызвали в Москву и заставили ждать 12 дней. Когда наконец пришло время ехать в Кремль, их разбудили пораньше и заставили ждать еще немного. Они должны были пройти через зал, заполненный придворными, и только тогда предстали перед Иваном, в золотой короне над суровым лицом, в сиянии свечей, сидящим на золотом троне, держащим золотой скипетр, одетый в золото и окруженный советниками, также одетыми в золото. “Столь великое величие императора и этого места вполне могло бы изумить наших людей и вывести их из равновесия”, - писал моряк в одном из ранних примеров английского преуменьшения.
Даже советские лидеры заставляли своих посетителей ходить по длинным коридорам в ядовитом дыму российского центрального отопления, так что они приходили бледные и не в духе. Как символическое сердце самой большой страны на земле, Кремль давно уже был биографией, и Мерридейл оказался очень способным биографом. В одной из многих восхитительных параллелей она называет Кремль "Стеной Плача России", и ее Кремль имеет всю славу и несчастье своего собрата в Иерусалиме.
Она помещает Кремль в самое сердце российской истории, описывая интриги, которые вращались вокруг того, что сначала было всего лишь неясным частоколом на стыке рек Яуза и Москва, чьи владыки с завистью смотрели на своих более зажиточных родственников в Киеве и Владимире. Их момент настал благодаря монголам, которые завоевали Русь и нуждались в сборщиках налогов. Москвичи были рады услужить и хорошо усвоили уроки своих повелителей. На самом деле, утверждает Мерридейл, в одном из многих аспектов, которые не понравятся русским националистам, но порадуют меня, Россия в основном является государством-преемником империи Чингисхана.
В хаотичном Средневековье Кремля достаточно крови, чтобы удовлетворить поклонников Игры престолов, и письмо свежее, с регулярными параллелями, сделанными между тогда и сейчас. Она сравнивает польские войска, разграбившие Кремль в 1612 году, с сегодняшними бандитами, прячущими свои деньги в Швейцарии.
Средний участок немного тащит, хотя в этом виноват Петр Великий, перенесший свою столицу на берега Балтики. Без суда Кремль был сведен к нерегулярным появлениям в судьбе России, и книга становится стандартным историческим обзором с царями и археологами, только иногда появляющимися, чтобы нарушить сон Красной крепости.
К счастью, советы перенесли столицу обратно на берега Москвы-реки, и история снова оживает. Пороки и привычки древних обитателей Кремля настолько пропитали его кирпичи, что его новым рациональным коммунистическим обитателям потребовались всего лишь недели, чтобы установить жесткую иерархию рангов и наград, и всего лишь годы, чтобы начать убивать друг друга.
Не каждый может пробраться через чердаки и подвалы Кремля, как это сделал Мерридейл. Но эта приятная и великолепно обработанная книга-это гораздо больше, чем просто попутчик, который можно прочитать, когда вы идете по длинным русским коридорам. Это помогает разместить Путина и его страну в богатой и разнообразной обстановке, и я с нетерпением жду перечитывания его в следующий раз, когда российский чиновник опоздает на встречу.