Не нужно специально искать старообрядческий храм в Казани — он располагается фактически на центральной пешеходной улице Баумана. Вернее, на одной из близлежащих — улице Островского, но так, что виден издалека. Более того, примыкающий этой улице сквер несколько лет назад был передан местной общине древлеправославных христиан (так они сами себя называют), для возведения памятника одному из ярких деятелей старообрядчества начала ХХI века — речь об уроженце столицы Татарстана, митрополите Андриане Четвергове, который был предстоятелем Церкви меньше двух лет, но за это время задал толчок для развития старой веры и нескольких миллионов ее сторонников в России и ближнем зарубежье. Позади памятника высится монолит нового старообрядческого собора — он еще не освящен, но основные работы по его возведению и внутреннему обустройству уже завершены.
Почему же в одних регионах старообрядцам дают «зеленый свет» не только на строительство храмов, но и на создание комфортной городской среды, а в других не позволяют переступать за незримую стоп-линию, которую власти сами же и создают на местах?
- В Казани другая ментальность, чем в среднем по стране, - рассуждает один из видных деятелей Старообрядческой Церкви, протоиерей Валерий Шабашов. - Татары всегда с пониманием относились к староверам, в отличие от тех же новообрядцев (они же — никониане, последователи патриарха Никона, в годы служения которого на высоком духовном посту на Руси и произошел Церковный раскол), которые на протяжении веков, что боролись со старообрядцами, старались насаждать свою истину, не принимая никакой другой.
Ситуация в ряде других регионов страны — прямо противоположная. Так, в Орске Оренбургской области власть долго водила староверов за нос, предлагая им заведомо проигрышные участки земли для возможного строительства храма
По словам священника Владимира Гошкодери, администрация Орска выделила общине РПСЦ три гектара земли на краю города. Сразу стало ясно, что у власти цель проста — заставить общину староверов раскошеливаться на коммуникации, без которых построить храма явно не вышло бы. К счастью, в этом случае верующие обошлись своими силами — они нашли средства, и не стали ждать милости от власти, сумев купить удобный с точки зрения месторасположения участок земли почти в центре города. В местной администрации, конечно, были шокированы смелостью, если не сказать — дерзостью староверов
А вот в Нижнем Тагиле Свердловской области власть не только не предлагает хоть каких-то вариантов для возможного строительства храма, но и отказывает старообрядцам во всех их просьбах. И как бы тагильские старообрядцы не напоминали чиновникам, что именно их предки основывали город, сотрудникам здешней мэрии нет до этого никакого дела. У председателя общины Ильи Ермакова скопилась кипа документов, которых иначе как отписками не назовешь. И хотя не в привычках у этих за три с половиной века не сломленных людей отступаться перед трудностями, невольно задумаешься — воля это власти, или кто-то настойчиво подсказывает ей, что старообрядцам помогать не надо?
Судя по всему, не ориентир для некоторых чиновников и президент Владимир Путин, побывавший в мае 2017 года в историческом центре старообрядчества России, в Рогожской слободе (Портал Strana.LIFE в свое время рассказывал об этом историческом государственном событии). Это был первый визит главы государства к старообрядцам, словно задавший тон властям на местах отворять для них все двери. И пока в одних регионах чиновники успешно сотрудничают со старообрядчеством, в других — делают все, чтобы верующим негде было собираться, молиться, рассказывать о своей вере и о тех нравственных ценностях, которые всегда были для этих несгибаемых людей приоритетными… Не случайно старообрядческий епископ Сибирской епархии Силуян Килин справедливо заявляет, что у современной власти просто нет другого выхода, как обращаться к старообрядцам и поддерживать их, поскольку полагаться на кого-то другого в вопросах возрождения государственности, патриотизма и культуры сейчас попросту невозможно. Все, кто мог предложить что-то подобное, показал свою слабость и неумение реально действовать и де-факто изжил себя.
Максим ГУСЕВ