В конце Первой Мировой войны в Германии царила ужасная нищета, повсеместно ощущалась нехватка товаров. Население, лишенное всего на протяжении нескольких лет, бросилось покупать. Промышленный аппарат, который интенсивно эксплуатировался в течение четырех лет, постоянно прилагая усилия, должен был быть обновлен или отремонтирован. Спрос был высоким, запасы истощены. Строгое соблюдение восьмичасового дня, провозглашенного ноябрьской революцией 1918 года, сразу же заняло демобилизованных солдат. Они легко нашли работу, за исключением периода политических и социальных волнений, последовавшего за революцией в начале 1919 года.
Тогда падение марки гарантировало, что промышленность будет иметь иллюзии процветания. Финансовые трудности поддерживают усилия отрасли в период инфляции в денежно-кредитной сфере. Покупательная способность марки в Германии значительно выше, чем за рубежом. Эта разница представляет собой экспортную премию, которая выгодна многим компаниям. Уровень цен в Германии был настолько ниже, чем на других рынках, что иностранцы не могли конкурировать с немецкой промышленностью в Германии, а экспорт Германии преодолевает огромные препятствия. Воспользовавшись бедственным обменным курсом, Рейху удалось восстановить свою внешнюю торговлю. Постепенно немецкая продукция стала восстанавливается на тех рынках мирового сбыта, из которых она была вытеснена войной.
Однако эти экспортные возможности, которые в конечном счете зависят от тяжелых условий жизни немецкого народа, уменьшаются по мере того, как обеспокоенный иностранец поднимает барьеры для немецкого экспорта, в основном в виде таможенных пошлин, или по мере приближения немецких цен к мировым. Новое падение денежной массы неожиданно дает немецкой промышленности новый импульс, который продолжается, пока цены Германии не адаптировались к внешним ценам.
Снижение стоимости марки, которое, встряхивая, оживляет деятельность немецкой промышленности, в долгосрочной перспективе оказало негативное влияние на экономическую жизнь. Пока она остается умеренной, не ограничиваясь очередной социальной катастрофой, она стимулирует немецкое производство, но придает ему нездоровый и лихорадочный характер, как только случается. Это значительно снижает выгоду Германии от внешней торговли: блестящая внешность, но пустая.
Бумажные деньги , в большем количестве представляют собой гораздо меньшую прибыль, чем довоенная прибыль, с более низкой номинальной цифрой, но в золотой марке.
Немецкая промышленность также оказалась втянута в большой финансовый кризис, в котором Германия находилась в тяжелом положении. Компании подвергаются опасности быстрого истощения и утраты своего "продукта". Рост цен на сырье и рост накладных расходов поглощают и даже разрушают капитал многих компаний. Злоупотребление основными фондами еще больше усугубляет неадекватность оборотного капитала. Существовала огромная потребность в кредитах. Банки не могут справиться с этим с имеющимися в их распоряжении средствами, тем более что приток капитала в их кассы сокращается. Кроме того, они не хотят подвергать себя риску обнаружить, из-за обесценивания марки, только часть предоставленных сумм. Нехватка кредитов настолько велика, что люди больше не заключают контракты, не требуя предоплаты. Это парализует технологический прогресс, ограничивает производство, приводит к отказу от заказов и некоторой скупости при закупке сырья или готовой продукции.
В то же время, стоимость жизни растет настолько быстро , что значительно снижается потребление электроэнергии большей частью населения страны. Это вызывает общую и болезненную ферментацию в стране. По мере того, как экономический порядок все больше и больше сотрясается, поглощающая способность немецкого рынка частично парализуется. Более того, большая часть покупок, далекая от удовлетворения потребностей потребителей, сводится к форме спекуляций: "охота за реальными ценностями" (Sachwerte) - охота, организованная людьми, убежденными, что и без того высокая цена товара будет расти еще выше с долларом и стремящимися защитить себя от последствий банкротства путем приобретения "золотой стоимости", какими бы они ни были. Деятельность, которая царит во многих компаниях, часто объясняется только этой страстью к покупкам. С коммерческой точки зрения, это происходило интенсивнее всего до 1923 года. Об этом свидетельствуют грузоперевозки в крупных портах, а также незначительное количество безработных.
Несмотря на значительный объем производства, оно не могло достигнуть уровня 1913. Хотя в 1922 году число лиц, занимающихся экономической деятельностью, было выше, чем в 1913 году, выпускаемый объем полезной продукции был ниже, поскольку сократилась продолжительность и интенсивность работы, а непродуктивная деятельность коммерческих посредников определялась спекуляциями, вызванными обесцениванием денежной массы.