Россия и Франция издавна приглядывались друг к другу с большим интересом. Ещё во времена Екатерины II происходили попытки сближения. Если отставить утверждения о некотором аморфном ментальном сходстве двух народов, то остаются как всегда вполне прагматичные цели.
Для России всегда было интересно иметь в Европе сильного и независимого партнера, а в Век Просвещения ещё и источник передовых знаний и форточку к свежим мыслям.
Для Франции же...к этому мы скоро вернемся.
Сближению воспрепятствовала Французская Революция, которая ещё не раз отзовется в России. Но уже в 1799 году Директория стала получать от своих агентов записки, в которых говорилось, что стране нужен союзник в лице Петербурга, потому что Россия так далеко, что ей никто не страшен, а ее южные рубежи вполне подходят для того, чтобы нанести удар по англичанам в Бенгалии, сродни тому, что Наполеон делал в Египте.
И эти записки попадают самому Бонапарту, тому самому делателю славных побед в Египте, тому кто становится единоличным властителем Франции, и которому Англия надлежит единственным серьезным соперником на геополитической карте.
Мог бы разве "маленький капрал" даже подумать об антибританской коалиции с Екатериной II. Но её уже нет, а на троне воссел наш отечественный "наполеон" Павел I. Они были примерно одного роста, Бонапарт был на несколько сантиметров выше своего российского коллеги. В жажде власти и славы они тоже были сходны. Этими мужчинами двигали длительные сдерживаемые амбиции, которые необходимо было реализовать. Но у Наполеона были за плечами успешные военные кампании. Павел же в этом плане был обделен. Зато он был Великим магистром Мальтийского ордена и гордился этим. А Англия как раз недавно оккупировала Мальту.
Историк Альберт Манфред рассказывает, что Наполеон и Павел в одни и те же дни практически открыто искали пути налаживания контакта друг с другом. При этом, пытаясь заручиться посредничеством Берлина, не решались сделать первый шаг. Еще Павел хотел дистанцироваться от много и постоянно просящих беглых французов из "бывших", тех кто "до революции". Они постоянно склоняли его к поддержке восстановления исконного монархического строя во Франции.
Вице-канцлер Никита Панин уговаривал российского императора сохранить союзные связи с Англией, Австрией и отказаться от сближения с французами. Но Павел проявил характер. Началось движение двух держав на встречу друг другу. Большим толчком послужила неоправданна по своей силе бомбардировка англичанами Копенгагена.
"Не мне указывать Вам, что Вам следует делать, но я не могу не предложить Вам: нельзя ли предпринять или по крайней мере произвести что-нибудь на берегах Англии"
Павел I. Из письма Наполеону в январе 1801 года
Параллельно между Парижем и Петербургом назревало по-настоящему грандиозное действие. Армии двух стран должны были, соединившись с французами прийти в Индию и нанести удар по британской колонии. Николай Шильдер приводит текст распоряжений Павла Войску Донскому, где указывается поднять казаков и отправить их через Оренбург в Индию.
Фактически, это означало войну с Туманным Альбионом. А отрезанность и удаленность Индии от Британии могли фактически привести к перекрою колониальной карты. Английский политический истеблишмент, разумеется не мог не знать об этих планах. Лондон был встревожен. Это действительно угрожало позициям Британии на мировой арене.
Российские войска вышли в поход и прошли часть пути, когда Европу потрясло известие о смерти Павла в результате апоплексического удара. "Апоплексического удара табакеркой в висок", - шутили остряки, ведь не было секретом ни для кого истинная причина его внезапной кончины.
Первым делом были возвращены войска, шедшие в Индию. Поход, союз с Францией и война с Англией не состоялись.
Более того, об этой попытке нападения на Индию никто не знал еще почти полвека. Да и потом ряд историков считали и продолжают утверждать, что всё это выдумка. Не осталось никаких следов того, что две страны планировали это вторжение. Возможно, столь тонко сделал свою работу Жерар Дюрок, которому Наполеон поручил вести переговоры с Петербургом. А сам поход был большим экспромтом и начался в тот же момент, когда и был задуман, без подготовки, в попытке ошеломить неприятеля внезапностью.
Но внезапность случилась в ночи 12 марта в спальне Павла I. Поэтому остается лишь гадать как выглядел бы мир, если бы в самом начале XIX века Франция и Россия создали бы военный союз и реализовали его на востоке.
***
Рекомендуем Вам прочесть наше интервью с главой Фонда Наполеона в Париже о причинах поражения Бонапарта в России.
А еще очень круто будет, если не забудете поставить лайк и подписаться на наш канал. Впереди же много интересного, ведь история не заканчивается.