Найти в Дзене
Артём Драгунов

Однажды я умер...

Однажды я умер... Однажды я умер. Спокойно, во сне. Какой-то тромб возобнил себя Конюховым и рванул в кругосветку. Но видно - не в форме был. Жирноват. Закупорил там что-то и бац. Я даже не успел пикнуть. Почему-то улыбался. Чему-то. Не помню чему. Уже за зеркалом слышал как пикало, а потом классическое, как в кино - пиииииииип... Врачи ленивые, пару раз только шарахнули. Энергию берегут. Или технику. Дефибрилятор - штука дорогая. Когда шарахнули в последний раз - я всё забыл. Утром я проснулся, и сначала не понял что произошло. Инга была на работе, детки получали образование. Тайга только косо смотрела, подозревая. Чувствовал себя неважно, свалил всё на осень и хандру, усталость и нежелание переться на работу в дождь. Но потом вдруг осенило. Стакан с водой, перед сном. На тумбочке. И телефон, на подзарядке, который положил на подоконник. Их не было. Вернее они потом нашлись , но не там. Позвонил Инге - она понятия не имела. Выругала, мол - опять эти твои штучки. Барабашки мол.

Однажды я умер...

Однажды я умер.

Спокойно, во сне. Какой-то тромб возобнил себя Конюховым и рванул в кругосветку.

Но видно - не в форме был. Жирноват. Закупорил там что-то и бац.

Я даже не успел пикнуть. Почему-то улыбался. Чему-то. Не помню чему.

Уже за зеркалом слышал как пикало, а потом классическое, как в кино - пиииииииип...

Врачи ленивые, пару раз только шарахнули. Энергию берегут. Или технику. Дефибрилятор - штука дорогая.

Когда шарахнули в последний раз - я всё забыл.

Утром я проснулся, и сначала не понял что произошло. Инга была на работе, детки получали образование.

Тайга только косо смотрела, подозревая. Чувствовал себя неважно, свалил всё на осень и хандру, усталость и нежелание переться на работу в дождь.

Но потом вдруг осенило. Стакан с водой, перед сном. На тумбочке. И телефон, на подзарядке, который положил на подоконник.

Их не было. Вернее они потом нашлись , но не там.

Позвонил Инге - она понятия не имела. Выругала, мол - опять эти твои штучки. Барабашки мол.

И тут я вспомнил. Так бывает.

Вчера утром сердце прижало, я вскочил, вокруг жизнь, а мне муторно, глотнул воды. В груди стало наливаться, невыносимо.

Сжало, не могу дышать. Грузовик на грудной клетке. Нет. Не грузовик. Поезд.

Стакан упал на пол, я побежал по осколкам, брызгая почему-то тёмной кровью. Уже падая схватил телефон, потом вдруг осенило - надо просто кричать, но не успел. Умер.

А сегодня вспомнил. Я почему-то научился это замечать. Все свои смерти.

С самого первого раза.

Помню, был мальчиком, переходил дорогу, шёл в школу. Посмотрел налево, направо, осторожно пошёл. Но кто-то неосторожно нёсся; маленький англичанин в Нью- Йорке?

Нет.

Пьяный гаишник в Саратове.

Удар был таким - что я пролетел метров двадцать. Упал, и сразу накрыла боль, резкая в спине, в ногах, везде.

Проснулся уже пожилым индейцем, в Миллуоки, в больнице, и сразу умер. Отказало что-то.

Но пока умирал - вдруг вспомнил про мальчика в Саратове. Потом я просыпался пожарным в Индии, поваром в Ирландии, бездельником в Москве. Кем я только не был.

И умирал сотни раз. И все сотни помнил. Прожил кучу жизней, в разные времена и эпохи. Скакал по Галактике и Времени. Даже книгу собирался написать - Скакая по Галактике.

Последние десятилетия живу здесь, среди вас, как Я.

Тут тоже пару раз умирал, и когда удавалось подсмотреть как именно - то всегда видел как рыдает Инга, и прячутся за ней девчонки, и всё - там, в параллельном, на перекрёстке, где жизнь раздваивается на до и после.

Почему-то иногда не скачешь по Галактике и времени, а просто перезагружаешься после того, как сломается в тебе или рядом. Может потому, что ещё нужен кому и это даёт новый шанс?

Вот и недавно. Умер, а утром проснулся. Жизнь идёт дальше.

И всё на месте, кроме стакана и телефона. И опять потерялся каподастер.

У всех так. Я узнавал.

Но не все помнят про стакан и телефон, а я почему-то запоминаю.

Сколько смертей - столько реальностей.