Я, наверное, уникальный пользователь русского интернета, единственный в своем роде - вообще ничего не понимаю в изменении климата. Вот как-то даже не интересовался.
Я не знаю, каков вклад антропогенных факторов в изменение климата, не знаю насколько повышение средних температур на планете критичное ЧП, насколько - естественный цикл.
Зато я хорошо помню зиму в детском саду. Никогда не забуду.
Как выглядел стандартный (пост)советский ребенок ответственных родителей:
Первый слой не изменился - трусы, майка и носки.
Следом шли плотные колготы - предмет, скорее, идеологический, чем практический. Первый настоящий протест, первый эмансипационный шаг - жесткий отказ, отказ по нулевому варианту - да хоть убейте, не надену я это нарочное уродство, в котором кто угодно выглядит обосравшимся грудничком.
После - рубашка и штаны с "начесом" (такие вообще еще делают?).
На рубашку, пропорционально родительской ответственности, могла повязываться шерстяная шаль.
Далее - безрукавка, не просто безрукавка, но безрукавка на пуговицах, расположенных таким образом, что с первого раза ее снимет либо мама, либо консилиум сразу всех штатных сотрудников дошкольного учреждения.
Поверх - свитер. Не абы какой. Очень специальный советский свитер, на корню обессмысливавший любые осмотры на кожные заболевания - вся группа смотрелась равномерно чесоточной.
На ноги, обязательно, вторые носки - уже шерстяные, на них - безразмерного формата валенки.
Венчали все шуба (давно вы видели детей в шубах? а они ходили), чьим капюшоном, для пущей непроницаемости, закрывалась шапка с ушами и шарф, обмотанный до середины переносицы (думаю, ровно от этой травмы шарфы и даже кашне в нашем поколении не особо прижились). В конце, особая примета времени - колючие варежки, связанные резинкой через рукава (чтоб не потерять! да чтоб они пропали).
Злые и подлые родители на этом не останавливались, с особым цинизмом они вопрошали:
- Что ж ты под ноги не смотришь?
Под ноги, мам? Серьезно? Я вижу мир через прорезь танка. Замотан так, что того гляди вырасту в бабочку. У меня не сгибается ни единый сустав. Я как жертва жуткой автокатастрофы, закованный в гипс. Да в смирительной рубашке больше степеней свободы.