В мире осень. Она наступила, Постучалась тихонько в окно, Там в дали вдруг собака завыла, Мне не стало от грусти легко. Снова листья кружатся в метели, Этой желтой метели тоски, Нам в мечтанья дожди залетели, И мороз взял все лужи в тиски. Первый лед. Он так хрупок и тонок, Он подобен весенним цветам, Хруст ломанья его очень звонок, Не подвластен он жизни годам. Журавлиные стаи летели Крик о помощи людям даря, Им в поддержку деревья запели, О пощаде природу моля. Потускнело безмолвное небо, Оно плачет мельчайшим дождем, Как старушка, просящая хлеба, Скорбно шепчет кому-то о нем. В мире осень. Она наступила, Постучалась тихонько в окно, Ни о чем нас она не спросила, Но на сердце от грусти легко.
В мире осень. Она наступила,
Постучалась тихонько в окно,
Там в дали вдруг собака завыла,
Мне не стало от грусти легко.
Снова листья кружатся в метели,
Этой желтой метели тоски,
Нам в мечтанья дожди залетели,
И мороз взял все лужи в тиски.
Первый лед. Он так хрупок и тонок,
Он подобен весенним цветам,
Хруст ломанья его очень звонок,
Не подвластен он жизни годам.
Журавлиные стаи летели
Крик о помощи людям даря,
Им в поддержку деревья запели,
О пощаде природу моля.
Потускнело безмолвное небо,
Оно плачет мельчайшим дождем,
Как старушка, просящая хлеба,
Скорбно шепчет кому-то о нем.
В мире осень. Она наступила,
Постучалась тихонько в окно,
Ни о чем нас она не спросила,
Но на сердце от грусти легко.