Поиском добровольцев в определенных решением правительства областях занимались инспектора переселенческих отрядов, которых в народе называли вербовщиками. Ими использовались различные методы агитации: в газетах публиковались объявления о наборе желающих на переезд, по радио зачитывались письма калининградцев, призывающие ехать в новые места, на предприятиях и в колхозах читались лекции об условиях жизни в Калининградской области, распространялись листовки «Памятка переселенца», вывешивались пропагандистские плакаты. Желающие переселиться заполняли специальный бланк «Анкеты-заявления», к которому должна была прилагаться характеристика с места работы. После проверки анкетных данных, а также благонадежности кандидатов на переселение по линии милиции и госбезопасности главе семьи выдавался переселенческий билет, в который вписывались все домочадцы, сообщалось место и время погрузки в эшелоны.
Предусматривалось производить переселение семьями, причем для получения полного набора льгот в каждой семье должно было быть не менее двух трудоспособных членов. В действительности чрезвычайно распространены были так называемые неполные семьи (дети вместе с одним из родителей, чаще всего — с матерью), а также «составные», т. е. фиктивные семьи.
Несмотря на четкие инструкции вербовщикам набирать крестьян из крепких хозяйств, к самой распространенный категории переселенцев относились погорельцы и люди, лишившиеся крова. Для населения сожженных деревень и разрушенных городов, семей, потерявших на войне кормильца, не имевших ни сил, ни средств построиться заново, обещания вербовщиков о выделении дома или квартиры становились главной приманкой и основным аргументом в пользу переселения. Многие же решались на переезд, просто спасая себя и своих детей от голода, в надежде выжить на новом месте. Любопытно, что среди первых переселенцев в 1946 г. почти половина (49%) состовляли семьи, главы которых были фронтовиками и только что демобилизовались из рядов советской армии.
Завербованных переселенцев вместе со скотом и всем скарбом на машинах и подводах свозили к ближайшей станции. Там их вместе с вещами размещали по товарным вагонам, которые затем перегоняли на ближайший крупный железнодорожный узел, где формировался эшелон.
Перед посадкой в вагоны все проходили санитарную обработку и должны были получить об этом соответствующие справки.
Из воспоминаний Чубасовой Марии Семеновны, жительницы города Гусева, 1930 года рождения: «Наша семья приехала в Калининградскую область в 1947 году. Нас было 9 человек: отец – Семен Петрович, мать - Прасковья Павловна, я, мои братья – Николай, Владимир, и сестра – Нина. Кроме них приехало 3-е наших родственников. Приехали мы из Брянской области, Навлинского района, поселок назывался Гигант и колхоз тоже так называли Гигант. Во времена Гражданской войны в нем была создана коммуна.
Ехали на поезде в вагонах по несколько семей, с собой взяли только личные вещи. Деньги на дорожные расходы, подъемные получили в колхозе при выезде. Когда приехали в область, а привезли нас на станцию Гусев (Гумбиннен), встречали с почетом, даже играл военный духовой оркестр. Направили в колхоз «Большевик». Встретил нас на станции сам председатель, и на подводах мы поехали в поселок Фурманово. Первые впечатления были хорошие. В Брянской области мы жили в землянках, а здесь нам дали целый дом, корову. Стали работать в колхозе. Первое, что бросилось сразу в глаза - обилие зелени. Поначалу пешком ходили в Гусев, а в 1955 году стали ходить автобусы.
А поехали мы сюда еще и по впечатлению от рассказов деда Петра. Дедушка в Первую мировую войну попал в плен в Восточной Пруссии и пробыл здесь 3 года. Он рассказывал, что в Кенигсберге работал на разных стройках, на каналах по орошению, а в Гумбиннене на углублении русла реки Писсы. Говорил, что климат здесь сырой, но жить здесь можно. Вот мы и решили переехать.»