«Когда весь день праздно сидишь против тушечницы и для чего-то записываешь всякую всячину, что приходит на ум, бывает, такое напишешь, — с ума можно сойти», — так сетовал Кэнко-хоси в своих «Записках от скуки.
Но это только эпизод, ведь мысль Кэнко отнюдь на застревала на месте — уединение изощряет чувства, изощряет и мысль. Из тишины своей кельи он дает потрясающе верные замечания по каждому поводу. Мир, хотя и далек, виден Кэнко — как на ладони:
Раз вы родились в этом мире страстей, вы много чего можете еще пожелать.
Оттого что бонзы галдят с огромной силой, внушительней они не выглядят.
Даже у праведного отшельника есть, по-видимому, какое-то заветное желание.
Того, кто говорит мало, не надоест слушать.
Когда ваш собеседник приятен в общении, да и еще немногословен, им не пресытишься, с ним всегда хочется общаться.
Горько, когда человек, который со стороны кажется превосходным, обнаруживает истинную свою сущность, недостойную вашего расположения.
~
Да, эпоха Хэйан — удивительна! Те, которые пытаются постичь ее глубины, рискуют найти изумительный жемчуг! Тонкая сатира, философия, грусть, радость и безусловное очарование…
Как относилась к монахам Сэй-Сёнагон, будучи придворной дамой? «В глазах людей он подобен чурбану». Заметьте — в глазах людей, сама же она стояла особняком, уважая отшельников. Если бы она была знакома с Кэнко, наверняка оценила бы его одиночество, из которого он вправе был делать замечания, прорезающие время:
«Мужчина, который не знает толка в любви, будь он хоть семь пядей во лбу, — неполноценен и подобен яшмовому кубку без дна.
Нет ничего более трогательного, чем бродить, не находя себе места, вымокнув от росы или инея, когда сердце твое, боясь родительских укоров и мирской хулы, не знает и минуты покоя; когда мысли разбегаются в разные стороны и притом — спать в одиночестве и ни единой ночи не иметь спокойного сна!»
~
Да, уединение изощряет чувство и изощряет мысль…
