Мои две бабушки, две Прасковьи были совершенно разные. Кроме имени их объединяло кое-что важное и, пожалуй, самое главное на этой земле – любовь. Любовь и нежное отношение к своим внучкам. В обычной жизни две сильные несомненно интересные женщины, каждая с нелёгкой судьбой, вряд ли стали бы тесно общаться, тем более дружить. Но ради внучек им приходилось «заключать» перемирие, хотя лёгкое неприятие между ними всё же чувствовалось. Да и как ему не быть при столь сильной разнице взглядов на жизнь.
Бабушка со стороны мамы всегда была в окружении многочисленной родни: дети, зятья, снохи, внуки. В её небольшом домишке и большом дворе всегда было многолюдно, шумно и весело. Одна вырастила семерых детей, пятеро из которых приёмные. После войны, имея на руках дочку, сошлась с вдовцом с пятью детьми, вместе родили мою маму, и вскоре муж умер. Бабушка сохранила стройность фигуры, была громкая, деятельная, щедрая, говорила то, что думала, нюхала табак и громко чихала. Мы её обожали, хотя с нами она не миндальничала. Руководила всеми от мало до велика в большой семьи, и со смехом говорила: «Когда же я от вас отдохну!».
Отцова бабушка (нам с сестрой прабабушка) полная противоположность: полная, степенная, немногословная и очень язвительная в своих замечаниях. Гости у неё бывали редко, это были молчаливые бабули в платочках или небритые мрачные мужички - племянники. Она тоже в одиночку вырастила единственного горячо любимого внука (нашего отца), заменив ему ушедшую в молодом возрасте мать.
Наши бабули явно недолюбливали друг друга, но никогда не позволяли себе каких-либо громких скандалов или разборок. Общение проходило по необходимости и всегда чинно-мирно.
Вспоминается один, на мой взгляд, забавный случай из детства, когда бабушки объединились по причине заботы обо мне - маленькой общей внучки. Предысторию мне рассказала мама, когда я, уже будучи взрослой поделилась с ней воспоминаниями.
Как-то мама и бабушка (одна Прасковья) заметили, что я тревожно сплю и подумали, что неплохо бы было «полечить» меня от испуга. Этим делом занималась прабабушка (вторая Прасковья). Обратились к ней. Не знаю почему, но бабушки проводили «процедуру лечения» вдвоем. Это я, хоть и смутно, помню. Лет мне тогда было, по словам мамы, не больше пяти. Усадили меня на порожек между комнатами в доме прабабушки (наверно так надо было).
Помню полумрак комнаты и бабушек, которые с серьёзными и важными лицами держали над моей головой ковш с холодной водой и лили в него, предварительно растопленный на свечке в большой ложке, воск. Прабабушка что-то нашёптывала. Затем вынули из воды застывший кусочек и зашушукались. Я слышала, что они тихо, но яростно и долго (на мой взгляд) спорили, пытаясь определить на что или кого этот кусочек похож. В итоге, несмотря на противоречия, бабули все же пришли к согласию и удовлетворенно, с чувством выполненного долга сделали общий вывод:
- Кошка!... Напугала ребёнка кошка!
К слову сказать, я никогда не боялась кошек ни до, ни после «лечения». Не знаю, что именно меня напугало, и была ли я вообще напугана? Сейчас я думаю, что это совсем не важно. Главное то, что две мои любимые бабушки, очень разные и своенравные, хотя бы на короткое время были объединены общей идеей и сумели договориться. Завершив процедуру, они были чрезвычайно довольны, вот это я хорошо помню!