Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
КиноНытик

Тайные виды на “Город Зеро”: что снял Карен Шахназаров перед крахом СССР

Поздний советский кинематограф - явление удивительное, если рассматривать его в контексте общей периодизации отечественной киноиндустрии. Крах империи и период безвременья преподносит нам интересные вещи, особенно, если за дело берется талантливый режиссер. В 1988 году на советские экраны вышел фильм Карена Шахназарова “Город Зеро” - фильм, который удивил бывалых ценителей фильмов Карена Георгиевича. До этого были “Добряки”, “Мы из джаза”, “Зимний вечер в Гаграх” и нигилистский “Курьер”. В этих картинах чувствовалось свежее веяние, ожидание перемен - в танцах, мимике актеров, репликах героев. “Курьер” и вовсе стал бунтом одного человека против закисающих порядков. Но, все-таки, это кино традиционное, говорящее ос зрителем на одном языке. “Город Зеро” - совсем другая песня, какофония в перемешку с поэзией парадокса. Человек попадает в странный город, если говорить языком Стругацких, град обреченный. Здесь переплелись обрывки эпох, что-то подошло к закату, как судьба прокурора Никола
Когда абсурд становится обыденностью, удивление сменяется унынием
Когда абсурд становится обыденностью, удивление сменяется унынием

Поздний советский кинематограф - явление удивительное, если рассматривать его в контексте общей периодизации отечественной киноиндустрии. Крах империи и период безвременья преподносит нам интересные вещи, особенно, если за дело берется талантливый режиссер.

В 1988 году на советские экраны вышел фильм Карена Шахназарова “Город Зеро” - фильм, который удивил бывалых ценителей фильмов Карена Георгиевича. До этого были “Добряки”, “Мы из джаза”, “Зимний вечер в Гаграх” и нигилистский “Курьер”. В этих картинах чувствовалось свежее веяние, ожидание перемен - в танцах, мимике актеров, репликах героев. “Курьер” и вовсе стал бунтом одного человека против закисающих порядков. Но, все-таки, это кино традиционное, говорящее ос зрителем на одном языке.

Местный писатель при жизни  - сам себе памятник
Местный писатель при жизни - сам себе памятник

“Город Зеро” - совсем другая песня, какофония в перемешку с поэзией парадокса.

Человек попадает в странный город, если говорить языком Стругацких, град обреченный. Здесь переплелись обрывки эпох, что-то подошло к закату, как судьба прокурора Николая Ивановича Смородинова в исполнении Владимира Меньшова, что-то застыло в безвремении, как директор завода в лице Пала Палыча, которого играет Армен Джигарханян, а что-то и вовсе никак не пересекается со всем остальным - как писатель Василий Николаевич Чугунов, которого великолепно изобразил Олег Басилашвили.

Директор завода, который ничего не производит
Директор завода, который ничего не производит

Эта погруженная в суетное небытие реальность смело стреляет в непрошеного гостя, в Чужого, “жука в муравейнике” поваром Николаевым, который стал крючком, одновременно притянувшим к Городу главного героя Алексея Варакина (Леонид Филатов) и тут же навсегда отделив его от всех местных обитателей. Несмотря на то, что жители города практически никак не связаны сюжетно - они являют одно общее - доказательство того, что все они - заложники исторического процесса от зачатка до падения очередного этапа империи, сердце которой бьется в подвалах музея под охраной престарелого директора в лице Евгения Евстигнеева.

Уйти из этого города, спокойно расстаться с ним - невозможно, можно лишь сбежать, уплыть, забыть. Забыть себя в Городе, но не свое прошлое, проросшее в генах вместе с памятью.

Любая эпоха застоя перед временем перемен становится музейным экспонатом
Любая эпоха застоя перед временем перемен становится музейным экспонатом

Фильм Шахназарова в какой-то степени урок, в какой-то предвестник грядущих перемен, а в какой-то - просто отражение действительности, которая всегда одновременно в разных ипостасях развивается в России.

После выхода фильма на протяжении лет десяти режиссера обвиняли в конспирологии - очень явно многие в “Городе Зеро” увидели приближающийся крах СССР. Однако, настоящий художник умеет видеть, предчувствовать, смотреть сквозь призму лет и судеб. Конспирология тут ни при чем.