– Сегодня особенный день, – сказал мне Иракли, загадочно улыбаясь. – Смотри, что я нашел во дворе! Это же Бобик, у меня такой был! Вместе с ним вернулось мое детство.
Иракли перекапывал наш двор в Сагареджо, чтобы посадить газонную траву, и выкопал настоящее сокровище – маленькую пластмассовую желтую собачку, выцветшую и ободранную. С этой находкой в нашу жизнь пришли новые истории.
– У меня было невероятное детство, – начал Иракли. – Мы с братом все время играли и придумывали бесконечные сказки. Бобик участвовал во всем. Он был знатной персоной при королевском дворе. Там были интриги, дуэли, и Бобик отчаянно дрался. На самом деле, это не мой Бобик, но у меня был такой же! Знаешь, как я это узнал? У нашего были лапы исколоты иголками, как и у нас с Сосо. Все из-за дуэлей. Мы втыкали Бобику иголку в лапу – это была шпага, и он сражался с противниками.
Наш Бобик был мушкетером и у него была мантия. Я сам ее связал! Представляешь, я вязал крючком, а мой брат отлично шил. Нас научили двоюродные бабушки. Они зимой приезжали на месяц, жили у нас дома, пряли пряжу, делали матрасы из овечьей шерсти, шили подушки, набивали их перьями, оставшимися от наших кур. Но главное – они все время рассказывали какие-то байки, это было счастье.
У нас было полно игрушек, но любимыми были персонажи из журнала «Веселые картинки»: Самоделкин, Чиполлино, Карандаш.
Мы придумывали целый мир с разными странами, событиями и эпохами. Я все время читал Майн Рида, Жюля Верна, Дюма и потом придумывал истории с их героями. Мой брат ничего не читал, но всегда поддакивал. Мы с Сосо все время скакали на конях (ему было, например, восемь, а мне десять). Кони были деревянные, из стульев. Но в остальном все было по-взрослому: из диванной подушки мы делали седло, привязывали стремена, поводья, и в путь. С полным комплектом вооружения!
У нас же было море свободного времени. Мы учились во вторую смену. То есть с 9 утра и до 2 часов дня мы были дома одни. Родители уходили утром на работу, а мы начинали играть. С началом учебного года возникали новые игры, например, комнатный баскетбол. В качестве мяча у нас был клубок ниток, а баскетбольной корзиной служил карниз, на котором висели занавески. К весне карниз, ясное дело, упал.
А хоккей! В хоккей мы играли с полным размахом. Только представь, мы, 10-12-летние пацаны, выносили из гостиной всю мебель: диван, шкаф, стол, посуду. Натирали пол мастикой, играли в хоккей, потом отмывали пол и заносили мебель обратно. Наши родители ничего не знали об этом.
В семь лет я потихонечку стащил пачку сигарет «Люкс», забытую у нас дома дядей Эльдаром, и мы с одноклассниками пошли за дом курить. Затянуться получилось только у Вано, и он нас учил, правда, недолго, пока мы чуть не умерли от дыма. Это был наш секрет. Но когда вечером пришли родители, соседская девочка Пикрия, нас сдала в первую же минуту. Потом были страшные разборки и бесконечное чувство вины.
Вообще в нашем детстве было много страха, мы боялись провиниться перед взрослыми. Родители были очень строгими. Я помню подростками мы с братом придумали домашний концерт: ставили на проигрыватель виниловые пластинки с песнями «Beatles» и «Modern talking» и как бы пели под фонограмму. Занавес сделали из одеяла, не хватало только сценического освещения. И я раздобыл у тети Эльзы полупрозрачную красную пластмассовую крышку от электрической мясорубки. Одел ее на лампочку, и получился такой красноватый свет. Но во время представления крышка нагрелась и начала плавиться. Никто ничего не заметил, но я в ужасе остановил концерт и незаметно снял крышку от мясорубки с лампочки. Потом мы с братом, наверно, год боялись гнева взрослых.
Я очень надеюсь, что наши дети не будут нас бояться, и мне хочется, чтобы в их жизни было меньше страха. А путешествий, настоящих и воображаемых, пусть будет больше.
Закончив свой рассказ, Иракли торжественно передал мне Бобика на хранения и сказал:
«Только детям Бобика не давай, это теперь не игрушка».